Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Теория познания

Покупка
Артикул: 798981.01.99
Доступ онлайн
600 ₽
В корзину
В учебном пособии рассматриваются основные темы и проблемы курса «Теория познания». Теория познания в мировой литературе обозначается термином эпистемология (от англ. Еpistemology). По мнению автора, теоретический статус эпистемологии не зависит от того, какое именно знание берется предметом - эпистемология науки (Epistemology of Science), эпистемология религии, эпистемология обыденного знания или иной области. Систематическое изложение эпистемологии в качестве теории в предлагаемом учебнике ориентируется на наиболее общие категории и проблемы. Адресовано студентам, магистрантам и аспирантам, обучающимся по направлению подготовки «Философия», а также студентам других факультетов.
Анкин, Д. В. Теория познания : учебное пособие / Д. В. Анкин ; М-во науки и высш. образования Рос. Федерации, Урал. федер. ун-т. - Екатеринбург : Изд-во Уральского ун-та, 2019. - 192 с. - ISBN 978-5-7996-2524-5. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.com/catalog/product/1932291 (дата обращения: 17.04.2024). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов. Для полноценной работы с документом, пожалуйста, перейдите в ридер.
Екатеринбург
Издательство Уральского университета
2019

МИНИСТЕРСТВО НАУКИ И ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

УРАЛЬСКИЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
ИМЕНИ ПЕРВОГО ПРЕЗИДЕНТА РОССИИ Б. Н. ЕЛЬЦИНА

Д. В. Анкин

ТЕОРИЯ  ПОЗНАНИЯ

Учебное пособие

Рекомендовано
методическим советом Уральского федерального университета
в качестве учебного пособия для студентов вуза, обучающихся
по направлениям подготовки 47.03.01 «Философия»,
45.03.04 «Интеллектуальные системы в гуманитарной сфере»

ББК Ю223я73-1
        А677

В учебном пособии рассматриваются основные темы и проблемы курса
«Теория познания». Теория познания в мировой литературе обозначается
термином эпистемология (от англ. Еpistemology). По мнению автора, теорети-
ческий статус эпистемологии не зависит от того, какое именно знание берется
предметом – эпистемология науки (Epistemology of  Science), эпистемология
религии, эпистемология обыденного знания или иной области. Систематичес-
кое изложение эпистемологии в качестве теории в предлагаемом учебнике
ориентируется на наиболее общие категории и проблемы.
Адресовано студентам, магистрантам и аспирантам, обучающимся по на-
правлению подготовки «Философия», а также студентам других факультетов.

Анкин, Д. В.
Теория познания : учеб. пособие / Д. В. Анкин ; М-во науки
и высш. образования Рос. Федерации, Урал. федер. ун-т. – Ека-
теринбург : Изд-во Урал. ун-та, 2019. – 192 с.
ISBN 978-5-7996-2524-5

А677

ISBN 978-5-7996-2524-5

Р е ц е н з е н т ы:
кафедра философии, биоэтики и культурологии
Уральского государственного медицинского университета
Министерства здравоохранения Российской Федерации
(заведующий кафедрой профессор Е. В. Власова);

Л. С. Чернов, кандидат философских наук, доцент
(Российская академия народного хозяйства и государственной службы
при Президенте Российской Федерации)

ББК Ю223я73-1

© Уральский федеральный университет, 2019

На обложке:
Ян Вермеер. Географ (ок. 1668–1669)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Предисловие ............................................................................................................ 5

Глава 1. ПРЕДМЕТ  И  ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ  СТАТУС
ЭПИСТЕМОЛОГИИ ............................................................................................... 6
Предмет теории познания .............................................................................. 6
Теория в структуре познания ....................................................................... 13
Чем теория не является ...........................  .................................................... 17
Взаимосвязь теории познания, логики и онтологии ............................... 20
Эпистемология и различные типы философии ....................................... 25

Глава 2. В  ПОИСКАХ  РЕЛЕВАНТНОЙ  ОНТОЛОГИИ ............................... 31
Рождение и развитие логической семантики и философии языка ...... 31
Семантика и метафизика .............................................................................. 39
Субъект познания, или эпистемический агент ........................................ 51
Категория существования в контексте познания ..................................... 56
Лингвистический поворот и анализ категории существования ........... 60
Понятие «онтологических обязательств» .................................................. 66
Онтология и референция .............................................................................. 70

Глава 3. ТЕОРИИ  ИСТИНЫ ............................................................................... 83
Корреспондентная концепция и ее проблемы ......................................... 87
Проблема материальной адекватности определения истины .............. 95
Разграничение определения и критерия истины ................................... 101
Истина и язык. Проблема носителя истинностного значения ............ 106
Когерентная концепция и ее проблемы .................................................. 117
Прагматические теории истины ............................................................... 122
Сложности классификации теорий истины ............................................ 123
Теория истины и естественный язык ....................................................... 126

Глава 4.  ТЕОРИИ  ЗНАНИЯ ............................................................................. 132
Основные типы знания ............................................................................... 141
Априорное, апостериорное и проблема знания
в формальных науках ................................................................................... 144

Аналитические и синтетические высказывания ................................... 149
Знание и опыт ............................................................................................... 153
Противоположность эмпиризма и рационализма.
Теоретическая и практическая рациональность .................................... 158
Проблема Гетье и ее философские следствия ....................................... 165
Проблема индукции .................................................................................... 168
Проблема обоснования .............................................................................. 173

Список рекомендуемой литературы .............................................................. 190

ПРЕДИСЛОВИЕ

Предлагаемое учебное пособие – результат многолетнего преподавания 
курса «Теория познания» студентам-философам УрФУ.
И хотя материал пособия связан лишь со второй частью курса
«Теория познания», он достаточно обширен по своему содержанию 
и кругу анализируемых проблем и вполне может быть использован 
в качестве полного курса эпистемологии, т. е. как годичный
курс «Теории познания» в составе двухгодичного курса «Онтология 
и теория познания».
Изложение проблем эпистемологии (теории познания) в пособии 
носит не исторический, а систематический характер. Автор
надеется, что теория познания представлена в пособии в качестве
теории, а также систематического исследования наиболее важных 
и актуальных проблем познания.
В пособии использованы предшествующие наши публикации
и прежде всего материалы учебного пособия «Актуальные проблемы 
теории познания»1. В связи с чем автор выражает особую
признательность своим соавторам и коллегам, с которыми непосредственно 
на протяжении ряда лет вел данный курс, – Л. Д. Лам-
берову и К. В. Яковлеву, а также коллегам по кафедре за стимулирующую 
совместную работу, наиболее активным студентам и магистрантам, 
чье восприятие предлагаемых идей оказало влияние
на их уточнение и улучшение.

1 См.: Анкин Д. В., Ламберов Л. Д., Яковлев К. В. Актуальные проблемы
теории познания. Екатеринбург, 2013.

Глава 1
ПРЕДМЕТ  И  ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ  СТАТУС
ЭПИСТЕМОЛОГИИ

Предмет теории познания

Предметом теории познания является познание, и не только
человеческое, однако познанием за рамками «человеческого, слиш-
ком человеческого» мы будем заниматься лишь в меру необходи-
мости, которая возникает в рамках философского исследования
в силу его универсальности и всеобщности. Поэтому философия
не может ограничиваться человеческим, только человеческим, в си-
лу собственной природы (даже если окажется, что все философы
есть люди).
По методологическим соображениям лучше всего начинать
с исследования наиболее развитых, наиболее эксплицитно2 выра-
женных форм познания. Такими формами выступают формы науч-
ного знания. Наука, конечно, неоднородна, и не один человек не смо-
жет дать исчерпывающего определения для всего многообразия дан-
ного феномена, однако общепризнанные фундаментальные науки,
такие как математика и физика, в достаточной степени демонстри-
руют нам наиболее развитые формы теоретического знания и позна-
ния. Как мы увидим в дальнейшем, это прежде всего формы экспли-
цитного (т. е. явного) пропозиционального знания (пропозиции –
примерно то же, что и утвердительные высказывания).
Таким образом, мы приходим к тому, что теория познания
должна строиться в тесном взаимодействии с философией науки.

2 Термин «экспликация» (от лат. explicatio – объяснение, развертывание)
означает замену неточных, интуитивных понятий и представлений точными и раз-
вернутыми. В то же время экспликация есть теоретическое преобразование объек-
та наших представлений с целью его упрощения, поэтому «экспликация есть эли-
минация» (устранение) всего лишнего (У. Куайн).

Прекрасный пример подобного развертывания теории познания
мы находим в трудах Карла Раймунда Поппера, к идеям которого
мы будем достаточно часто обращаться. Отталкиваясь от фило-
софии науки, К. Поппер дает определение истины, знания, опыта,
интерпретации и многих других ключевых категорий теории по-
знания. Полученные результаты толкуются им достаточно широ-
ко, понятие познания хоть и начинается с философии науки, но
в дальнейшем распространяется не только на человека с его на-
уками, но и на прочие живые организмы, даже на такие простей-
шие, как амеба.
Мы не считаем уместным разграничение между теорией по-
знания и эпистемологией, поскольку такое разграничение отсут-
ствует в основном массиве современной философской литерату-
ры. В частности, тот же Поппер рассматривает познание амеб как
предмет эпистемологии. В отечественной же литературе разгра-
ничение иногда проводится, в подобных случаях эпистемологию
связывают обычно с научным познанием, а теорию познания пыта-
ются истолковать каким-то более широким образом. На подобное
разграничение можно возразить и тем, что познание едино и мо-
жет на некотором высшем, наиболее общем уровне быть предме-
том какой-то универсальной теории без разграничения между на-
учным и ненаучным познанием.
Теория есть некоторое множество универсальных высказыва-
ний, выражающих общие законы. И обратно, всякий общий закон
есть элемент некоторой теории, это значит, что вне теории невоз-
можны никакие общие законы. Вполне очевидно, что утверждения
наших теорий не могут находиться в противоречии с законами, од-
нако вовсе не обязательно, чтобы между ними существовало пол-
ное тождество. Утверждения наших теорий могут быть не совсем
точными, даже не совсем адекватными изучаемому объекту. Воп-
рос о соотношении наших теорий и реальности – очень сложный
метафизический вопрос.
Вернемся к теории познания. Поскольку наиболее развитые,
теоретические формы познания выступают как предмет теории по-
знания, то сама теория познания оказывается теорией уже второго

уровня, т. е. теорией теории, или метатеорией3. Теория познания
есть метатеория по отношению ко всем теоретическим формам
нашего познания, по отношению же к нетеоретическим формам
познания теория познания является теорией первого уровня,
или просто теорией. В то же время все справедливое для теории
как таковой, т. е. для просто теории, необходимо справедливо
и для метатеории. Отсюда следует, что все, что справедливо
для теории как таковой, справедливо также и для теории познания
(будет ли она метатеорией или просто теорией).
Теория некоторого предмета не обязана сохранять какие-либо
особенности собственного предмета, например, иметь с ним ка-
кое-то сходство и т. п. Поэтому выбор предмета теории не может
непосредственно влиять на статус и характер самой теории. Теория
познания не обязана иметь нечто общее с той теорией (теория-
ми), которую она изучает, за исключением наличия универсальных
характеристик всякой теории. Теория познания как метатеория
может поэтому быть совсем иной теорией, чем та теория, метатео-
рией которой она является.
Метатеоретический характер эпистемологии можно сравнить
с метатеоретическим характером философии как таковой. Многие
мыслители видели в философии нечто метатеоретическое. Так, со-
гласно Р. Карнапу философия есть металогика: 1) чистая метало-
гика, 2) дескриптивная металогика. «Эти предложения о пред-
ложениях и частях предложений принадлежат частью к чистой
металогике (например, “ряд, состоящий из знака существования
и имени предмета, не есть предложение”), частью к дескриптив-
ной металогике (например, “ряд слов того или другого места той
или иной книги является бессмысленным”)»4. Проще говоря, воп-
рос о том, что есть предложение, – это по ведомству чистой метало-
гики, а вопрос о том, является ли данная комбинация слов пред-
ложением, – это уже дескриптивная металогика.

3 В качестве примера метатеории можно назвать металогику (А. Тарский)
и метаматематику (Д. Гилберт).
4 Карнап Р. Устранение метафизики посредством логического анализа языка //
Философия и естествознание. Журнал «Erkenntnis» («Познание»). Избранное. М.,
2010. С. 165.

Интересные соображения о метатеоретическом характере тео-
рии познания можно найти у Н. Решера5, который говорит о «мета-
знании», позволяющем человеку критически относиться к соб-
ственному познанию и его результатам. В частности, метазнание
делает возможными такие концепции, как фаллибилизм (от лат.
 fallibilis – подверженный ошибкам, погрешимый), т. е. учение о по-
грешимости нашего познания, которая влечет неизбежное при-
сутствие мнимого знания. К этому же уровню метазнания можно
отнести и различные формы скептицизма, или учения о том, что
все претендующее на истинность и достоверность является лишь
видимостью знания, т. е. мнимое знание не просто присутствует,
а даже составляет все без исключения наше познание.
Метазнание свойственно человеку уже на дотеоретическом
уровне его развития. Способность говорить что-то о собственных
познаниях появляется у ребенка в дошкольном возрасте. Вероят-
но, не будет ошибкой сказать, что метазнание есть производное
от нашей конечности и от связанного с данной конечностью
конфликта между чувством и рассуждением, конфликта, разрешае-
мого последующим совершенствованием инструментов нашего
познания.
Чувство («сентимент» по Ч. С. Пирсу) необходимо нам в обы-
денной жизни, искусстве, политике, религии и многих других об-
ластях. В области же теории чувство («сентимент», пережива-
ние) не играет абсолютно никакой роли. Об этом хорошо писал
Г. Риккерт, создатель термина «философия жизни» в своей одно-
именной книге6. Риккерт справедливо подчеркивает абсолютную
пустоту, ненужность, бессмысленность категории «переживания»
в области методологии науки, а также показывает наличие пере-
живаний везде, во всякой абстрактной теоретической науке.
Конечность познающего можно и нужно рассматривать не толь-
ко как источник аффектов и эмоций, но и более фундаменталь-
ным образом. Конечность, ограниченность познающего субъекта,

5 См.: Rescher N. Epistemology: an introduction to the theory of knowledge. State
University of New York Press, Albany, 2003.
6 См.: Риккерт Г. Философия жизни. Киев, 1998.

или агента познания, важна во многих отношениях, из которых,
по нашему мнению, можно выделить два основных. Во-первых,
это ограниченность расчета, рассуждения, ограниченность комбинаторных 
возможностей нашего интеллекта, которая ведет к ошибкам, 
связанным со скрытой от нас неконсистентностью, противоречивостью 
той информации, которую мы рассматриваем в качестве 
знания. Во-вторых, это ограниченность наших репрезентаций
(образов, моделей и т. д.) мира, которые всегда неполны и приблизительны, 
что необходимо ведет к возникновению ошибок в области 
референции, в области указания на объекты, в области их выделения 
и обозначения.
Теория познания должна строиться с учетом этих ограничений,
вытекающих из нашей конечности и нуждающихся в систематическом 
преодолении и исправлении, в их постоянной коррекции.
Для исправления первой из указанных выше наших ограниченностей 
требуются логика и математика, а также вычислительные
машины. Для коррекции ошибок второго типа необходимы различные 
технические средства эксперимента, средства для выделения, 
наблюдения и описания объектов предметной области нашего
познания, а также их последующей классификации и включения
в общие теории.
Для теоретической деятельности требуется рассуждение, ко-
торое выступает одной из первых собственно человеческих форм
познавательной деятельности, которой нет у других животных. Соб-
ственно человеческими являются все опосредованные, все ин-
струментальные формы познавательной деятельности. Поэтому
вполне корректно выглядит определение человека в качестве жи-
вотного, создающего инструменты (если понятие инструмента
и инструментальной деятельности понимать достаточно широко).
В качестве примера опосредованного, инструментального по-
знания в рамках обыденной жизни можно привести всем извест-
ный по собственному опыту пример поклейки обоев. Человек, ко-
торый пытается определить вертикаль стенных обоев на глаз, мо-
жет, конечно, случайным образом оказаться прав, но не с большей
надежностью, чем дрессированная на поклейке обоев обезьяна.

Чтобы поклеить обои правильно, не случайным образом, необ-
ходимо использовать веревку с грузом для точного определения
вертикали.
Точно так же обстоит дело с нашим рассуждением, которое
выступает инструментом нашей познавательной деятельности.
Чтобы определить, будет ли истинным утверждение «дважды
два пять или киты есть млекопитающие», необходимо уметь рас-
суждать. Всякий умеющий рассуждать человек скажет, что дан-
ное утверждение истинно, потому что киты есть млекопитаю-
щие. Всякий умеющий рассуждать придет к выводу, что для того,
чтобы сложное высказывание со связкой «или» было истинным,
достаточно истинности одного из простых высказываний, его
составляющих (одного из дизъюнктов). Символически это мож-
но записать так: p  q  p (если верно p, то верно p q). Получен-
ное логическое правило может толковаться как некоторый ин-
струмент, подобный приведенной нами в предыдущем примере
веревки с грузом. Все нелогичное есть неправильное с точки зре-
ния целей познания в наших познавательных действиях.
Ничем иным, кроме неправильного, как несоответствующего
нашим познавательным целям, нелогичное быть не может. В то
же время иногда – в редких, аномальных случаях – неправиль-
ное может приводить к успеху.
Одной из частых ошибок, встречающихся в литературе, яв-
ляется противопоставление логики и эмоций, логики и чувств.
Если чувства и эмоции не способствуют обдуманному использо-
ванию логического и математического инструментария, то отсю-
да еще никак не следует, что логический и математический ин-
струментарий как-то нашим чувствам и эмоциям противоречит
или мешает, например, как-то мешает их развитию. Логика от-
меняет эмоции и переживания нисколько не больше, чем прави-
ла дорожного движения отменяют танцы или песни, например.
Спросите логиков, и некоторые из них, возможно, признаются,
что поют и танцуют. Подобным образом бурными чувствами пере-
полнены и математики, которые с глубокой древности зарекомен-
довали себя экстатичными мистиками.

Доступ онлайн
600 ₽
В корзину