Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Оценка качества перевода (коммуникативно-функциональный подход)

Покупка
Артикул: 636403.04.99
Доступ онлайн
150 ₽
В корзину
В монографии рассматривается проблема оценки качества перевода с точки зрения коммуникативно-функционального подхода, противопоставляемого традиционному текстоцентрическому подходу. Коммуникативно-функциональный подход предполагает изучение закономерностей переводческого процесса в рамках определенных коммуникативных ситуаций. Предлагается классификация коммуникативных ситуаций с использованием перевода. Особое внимание уделяется определению субъектов оценки качества перевода в разных коммуникативных ситуациях. Для специалистов в области теории и практики перевода, студентов переводческих факультетов и факультетов иностранных языков, обучающихся по направлению «Лингвистика» (профиль «Перевод и переводоведение»), магистрантов и аспирантов.
Сдобников, В. В. Оценка качества перевода (коммуникативно-функциональный подход) : монография / В. В. Сдобников. - 4-е изд., стер. - Москва : ФЛИНТА, 2022. - 110 с. - ISBN 978-5-9765-2134-6. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.com/catalog/product/1875611 (дата обращения: 19.04.2024). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов. Для полноценной работы с документом, пожалуйста, перейдите в ридер.
В.В. Сдобников

ОЦЕНКА КАЧЕСТВА ПЕРЕВОДА 
Коммуникативно-функциональный подход

Монография

4-е издание, стереотипное

Москва
Издательство «ФЛИНТА»
2022

УДК 81’25
ББК 81

С27

Р е ц е н з е н т ы:

д-р филол. наук, проф. кафедры переводоведения и межкультурной 
коммуникации Евразийского лингвистического института

(филиал МГЛУ в г. Иркутске) В.Е. Горшкова;

д-р филол. наук, зав. кафедрой теории и практики перевода 

Волгоградского государственного университета В.А. Митягина

С27 

Сдобников В.В.
    Оценка качества перевода (коммуникативно-функциональный 
подход)  : монография / В.В. Сдобников. — 4-е изд., стер. — 
Москва : ФЛИНТА, 2022. — 110 с. — ISBN 978-5-9765-2134-6. — 
Текст : электронный.

В монографии рассматривается проблема оценки качества перевода с точки зрения коммуникативно-функционального подхода, 
противопоставляемого 
традиционному 
текстоцентрическому 
подходу. Коммуникативно-функциональный подход предполагает 
изучение закономерностей переводческого процесса в рамках 
определенных 
коммуникативных 
ситуаций. 
Предлагается 
классификация коммуникативных ситуаций с использованием 
перевода. Особое внимание уделяется определению субъектов 
оценки качества перевода в разных коммуникативных ситуациях.
Для специалистов в области теории и практики перевода, студентов переводческих факультетов и факультетов иностранных языков, 
обучающихся по направлению «Лингвистика» (профиль «Перевод и 
переводоведение»), магистрантов и аспирантов.

УДК 81’25
ББК 81

ISBN 978-5-9765-2134-6 
 © Сдобников В.В., 2015
© Издательство «ФЛИНТА», 2015

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение  ..........................................................................................................4

Глава 1. Перевод в коммуникативной ситуации  .....................................7

1.1. Коммуникативно-функциональный подход к переводу  .......................7

1.2. Коммуникативные ситуации с использованием перевода  ..................14

Глава 2. Проблема оценки качества перевода  .......................................26

2.1. Общие положения  ..................................................................................26

2.2. Традиционные подходы к оценке качества перевода  ..........................30

2.3. Оценка качества перевода: 
коммуникативно-функциональный подход  .........................................60

Заключение  ....................................................................................................93
Библиография  ................................................................................................98

ВВЕДЕНИЕ

Проблема оценки качества перевода считается одной из основных проблем современного переводоведения. Особое внимание 
к этой проблеме обосновано постоянной необходимостью оценивать результаты переводческого процесса, осуществляемого в качестве профессиональной деятельности, оценивать уровень профессиональной компетенции переводчиков, например, при приеме 
на работу, а также оценивать уровень сформированности профессиональных переводческих компетенций у студентов — будущих 
переводчиков с целью дальнейшего совершенствования учебного 
процесса и повышения его эффективности. Другой фактор — беспрецедентное расширение сферы использования перевода как вида 
деятельности в современном мире, что также определяет особую 
важность проблемы оценки результатов этой деятельности. Как 
отмечает А.Л. Семенов, «в соответствии с современными реалиями наш век наряду с другими эпитетами получил название “век 
перевода”, что связано с небывалым ростом информации, быстрым 
распространением и потреблением которой мы обязаны переводам». И далее: «Сегодня, когда требования к кругозору и эрудиции 
переводчика возросли многократно, этот “элемент общего образования” как никогда необходим всем изучающим иностранные языки» [Семенов 2013: 4]. Таким образом, как справедливо утверждает Е.В. Аликина, «проблема оценки качества перевода имеет как 
прагматическое, так и дидактическое значение» [Аликина 2011: 
114]. При этом, несмотря на все внимание, уделяемое данной проблеме, вряд ли можно утверждать, что она близка к разрешению. 
Зато переводоведы единодушны в том, что отсутствие единых, общепризнанных объективно выведенных критериев оценки качества 
перевода, а также неизбежный субъективизм при оценивании результатов переводческого процесса свидетельствуют как о сложности проблемы оценки качества перевода, так и о ее недостаточной 
разработанности.
В данной работе мы ставим перед собой задачу показать, что 
единых, общих критериев оценки качества перевода, пригодных 
ко всем случаям перевода, быть не может. Набор критериев оцен
ки неизбежно модифицируется не только в зависимости от вида 
осуществляемого перевода, но и в зависимости от цели, с которой 
перевод осуществляется, более того, от специфики самой коммуникативной ситуации с использованием перевода. Что же касается субъективизма, проявляемого при вынесении «приговора» тому 
или иному переводу, то, по нашему мнению, он никак не связан со 
спецификой перевода как деятельности, ибо переводческая деятельность мало отличается от любой другой деятельности в плане 
оценивания ее результатов в реальных условиях. Источник субъективизма в нашем случае — в самих переводоведах, в общих подходах к изучению перевода (а иногда и к его осуществлению), использовавшихся на разных этапах развития теории перевода как 
науки.
В истории становления и развития лингвистической теории 
перевода как науки довольно четко выделяются два этапа. Для первого этапа (50—80-е годы ХХ в.) характерен особый интерес к вопросам соотношения оригинала и перевода на различных языковых 
уровнях, к выявлению различий и черт сходства между языками, 
влияющими на процесс перевода, к описанию переводческих операций (трансформаций), т.е. к технологическим аспектам перевода, определяемым совпадением / несовпадением структур языков, 
сталкивающихся в процессе перевода. Решение указанных вопросов осуществлялось прежде всего на основе сопоставления оригинала с его переводом. Таким образом, основной подход к изучению 
перевода на первом этапе развития переводоведения можно охарактеризовать как сугубо лингвистический, или текстоцентрический. 
Вместе с тем уже на первом этапе научного осмысления феномена перевода наблюдаются попытки выйти из узкого круга сугубо 
лингвистических проблем и исследовать прагматические факторы 
перевода. Уверенное обращение к исследованию прагматических 
аспектов перевода в 70-е годы и обращение к вопросам, связанным 
с культурой (cultural turn), в 80-е годы [Snell-Hornby 2006] ознаменовали начало нового этапа в развитии науки о переводе. В 1980—
1990-е годы обозначилось заметное расширение как объекта, так 
и предмета переводоведческих исследований: в сферу внимания 
ученых попали культурологические аспекты перевода, связанные 
с особенностями перевода как способа обеспечения межъязыковой 

и межкультурной коммуникации [Комиссаров 1990], социолингвистические и этнопсихолингвистические факторы, влияющие на 
процесс и результат перевода, особенности переводческой деятельности, связанные с личностью переводчика как вторичной языковой личностью [Халеева 1989], подверглись изучению и психолингвистические аспекты посреднической деятельности переводчика 
[Пищальникова 1999; Сорокин, Марковина 1988; Пшенкина 2005]. 
Переводческий акт, переводческая деятельность в целом стали пониматься как способ обеспечения межкультурной коммуникации 
между разноязычными субъектами, решающими определенные 
задачи. Учет особенностей коммуникантов, определяемых их принадлежностью к разным языковым коллективам и разным культурам, стал априорным моментом в современных переводоведческих 
исследованиях. Антропоцентрический подход, предполагающий 
изучение не только текстов, но и тех, кто ими пользуется и их создает, возобладал над текстоцентрическим подходом, хотя это и не 
затронуло в необходимой степени такую область переводоведения, 
как дидактика перевода. Итак, можно утверждать, что в последние 
десятилетия в науке о переводе сложились предпосылки формирования нового подхода к изучению и осуществлению перевода, который мы предлагаем называть коммуникативно-функциональным. 
Не исключая полностью возможность применения текстоцентрического подхода для изучения частных, технологических аспектов перевода, коммуникативно-функциональный подход открывает путь 
к осознанию сущностных характеристик переводческой деятельности, дает возможность выработать основные принципы оценки 
качества перевода, соответствующие в большей степени реальной 
переводческой практике, имеющей место в определенных коммуникативных ситуациях.

Г л а в а  1

ПЕРЕВОД В КОММУНИКАТИВНОЙ СИТУАЦИИ

1.1. Коммуникативно-функциональный подход 
к переводу

Коммуникативно-функциональный подход к переводу основан 
на положении о включенности переводческого акта в широкий контекст межъязыковой и межкультурной коммуникации, в процесс 
общения — непосредственный или опосредованный — между автором оригинала и получателями перевода. В условиях двуязычной 
коммуникации задача переводчика заключается в достижении той 
цели, ради которой осуществляется перевод, цели, определяемой 
самими условиями ситуации двуязычной коммуникации. При этом 
сами тексты оригинала и перевода выступают в качестве инструментов коммуникации, инструментов обеспечения определенного 
коммуникативного воздействия на получателя. При установлении 
степени успешности определенного акта межъязыковой коммуникации следует принимать во внимание, насколько полно результирующий текст (ПТ) соответствует той цели, с которой он создавался, и условиям коммуникативной ситуации с использованием 
перевода.
Коммуникативно-функциональный подход к переводу противостоит прочно укоренившемуся в современном переводоведении 
сугубо лингвистическому (или, в нашей терминологии, «текстоцентрическому») подходу, при котором именно тексты оригинала и 
перевода в отрыве от реальной коммуникативной ситуации становятся объектом переводоведческого исследования, а их сопоставление служит, как правило, задаче выявления осуществленных переводчиком операций.
Своими корнями коммуникативно-функциональный подход к 
переводу уходит в глубокую историю переводческой деятельности. 
К числу его «предтечей» можно с полным правом отнести Цице
рона и св. Иеронима, которые настаивали на передаче смысла оригинала, а не его слов («non verbum e verbo, sed sensum exprimere 
de sensu»). Здесь уже прослеживается определенный учет — может 
быть, не вполне осознанный — потребностей и ожиданий получателя перевода.
Еще более отчетливо мысль о необходимости донести смысл 
текста до сознания реципиента перевода звучит в теоретических 
работах Мартина Лютера и практически воплощена в его переводе 
книг Нового и Ветхого Завета. М.Я. Цвиллинг, комментируя переводческие принципы Мартина Лютера, изложенные в «Послании 
о переводе и заступничестве святых», утверждает, что «здесь... последовательно проводится не только принцип нормативности перевода, но и его прагматической полноценности, оптимального соответствия ожиданиям получателя, беспрепятственного восприятия в 
соответствии с признанными им нормами вербального (и реального) поведения» [Цвиллинг 2009: 76].
Однако основы коммуникативно-функционального подхода к 
переводу сложились в более или менее законченном виде лишь во 
второй половине ХХ в. Именно в это время языкознание значительно расширило область своих интересов: «...от исключительного 
внимания к развитию и структуре языковых систем оно обратилось 
к широкому кругу проблем, определяющих возможность использования языка как орудия мысли и средства речевой коммуникации» 
[Комиссаров 1999: 3]. В центре внимания лингвистов оказалась 
смысловая сторона языковых единиц и речевых произведений, 
связь языка с мышлением, реальной действительностью, с обществом и его культурой. В рамках переводоведческих исследований 
наряду с филологическим, лингвистическим и социосемантическим подходами появился и коммуникативный подход, в основе 
которого — такие заимствованные из теории коммуникации понятия, как источник, сообщение, рецептор, обратная связь, процессы 
кодирования и декодирования. Большой вклад в развитие современного переводоведения внесли исследования, ориентированные 
главным образом на рецептора перевода, анализирующие прагматическое воздействие или коммуникативный эффект и способы 
достижения такого эффекта [Комиссаров 1999: 8]. Таким образом, 
конкретный переводческий акт, равно как и переводческая деятель
ность в целом, стали рассматриваться (хотя и далеко не всегда) в 
широких рамках межъязыковой и межкультурной коммуникации.
Первоначально основы коммуникативно-функционального подхода возникли в западном переводоведении, а затем были восприняты и получили развитие в отечественной теории перевода (см. об 
этом [Сдобников 2009а]). Представляется, что наибольший вклад 
в формирование данного подхода внесли работы Ю. Найды, представителей Лейпцигской переводоведческой школы, переводоведов 
Западной Германии, а также некоторых других представителей западной переводческой мысли. Работы американского лингвиста и 
переводоведа Юджина Найды способствовали утверждению в теории перевода идеи о необходимости ориентироваться на реакции 
получателей перевода, что предполагает создание такого текста 
перевода, ознакомление с которым позволило бы получателям понять, как воспринимают текст оригинала его получатели. В своей 
работе [Waard, Nida 1986: 33] Ю. Найда пишет: «На вопрос, является ли правильным перевод, можно ответить только другим вопросом: “Правильный для кого?” Действительно ли понимают те, 
кому предназначен перевод, что имеется в виду, или текст перевода 
для них непонятен и вводит их в заблуждение? И если текст понятен, то возникает другой вопрос: «Понимают ли рецепторы авторское послание правильно?» (перевод мой. — В.С.). Исходя из этого 
Найда делает вывод, что для обеспечения правильного понимания 
смысла текста получателями перевода необходимо использовать 
естественный эквивалент, передающий тот же смысл, что и соответствующая единица в тексте оригинала, учитывая при этом расхождения в фоновых знаниях носителей ИЯ и ПЯ.
Отто Каде [Каде 1978] делает акцент на оценке воздействия со 
стороны текста в конкретной коммуникативной ситуации, подчеркивает необходимость анализа компонентов коммуникативной ситуации — цели, предмета коммуникации, отправителя, получателя, 
представляемых ими коммуникативных сообществ, средств коммуникации и условий передачи информации, т.е. экстралингвистических факторов, влияющих на переводческий процесс. В работах 
Альбрехта Нойберта [Нойберт 1978] утверждается необходимость 
сохранения прагматических отношений оригинала, при этом указывается на то, что прагматические отношения могут воспроиз
водиться с разной степенью успешности в зависимости от типа 
переводимого текста. В трудах Герта Егера [Егер 1978] значительное внимание уделяется фактору адресата при переводе, вводятся 
понятия коммуникативной значимости текста и функциональной 
значимости текста, а также функциональной эквивалентности, которая определяется как совпадение функциональных значимостей 
оригинала и перевода.
Важную роль в становлении коммуникативно-функционального 
подхода к переводу сыграла скопос-теория Ганса Фермеера и Катарины Райс [Reiß, Vermmer 2013], согласно которой основным фактором, воздействующим на ход и результат переводческого процесса, является цель перевода. В скопос-теории переводческий акт 
неразрывно связан с коммуникативной ситуацией и ориентирован 
на ожидания получателя и инициатора перевода.
Ориентированность перевода как процесса, так и результата 
на получателей и принимающую культуру четко прослеживается 
в концепциях Гидеона Тури и представителей Парижской школы перевода (Д. Селескович, М. Ледерер). В концепции Г. Тури 
текст перевода становится фактом принимающей культуры, если 
он признается в ней в качестве перевода. В интерпретативной 
теории перевода Д. Селескович и М. Ледерер важным является 
учет условий осуществления межъязыковой коммуникации, которые определяют возможность извлечения смысла из оригинала и 
его передачу в переводе [Seleskovitch, Lederer 1989; Seleskovitch 
1994].
В российском переводоведении значительный вклад в создание 
и развитие коммуникативно-функционального подхода к переводу внес А.Д. Швейцер, воспринявший идеи Ю. Найды и ученых 
Лейпцигской школы [Швейцер 1973, 1988]. Рассмотрение им триады «коммуникативная установка автора — функциональные параметры текста — коммуникативный эффект» привело к формулированию основного подхода к осуществлению перевода: переводчик 
выявляет на основе функциональных доминант исходного текста 
лежащую в его основе коммуникативную интенцию и, создавая 
конечный текст, стремится получить соответствующий этой интенции коммуникативный эффект. Решение этой задачи оказывается 
возможным благодаря тому, что функциональные параметры тек
ста (его структура и языковое наполнение) определяются именно 
коммуникативной интенцией автора.
Заслугой З.Д. Львовской [Львовская 1985, 2008] является 
рассмотрение перевода на коммуникативном уровне, утверждение идеи о взаимодействии и взаимозависимости лингвистических и экстралингвистических факторов в процессе перевода, введение понятия прагматической ориентации текста, 
предполагающей учет целого ряда дополнительных факторов, 
связанных с культурно-историческими, этническими, социальными и другими особенностями коллектива, говорящего на ПЯ, обоснование коммуникативно-функциональной равнозначности ИТ и 
ПТ как основного критерия адекватности перевода. В концепции 
З.Д. Львовской важная роль отводится речевой ситуации, без учета которой и без соотнесения с которой невозможно корректное 
построение текста на ПЯ и интерпретация текста на ИЯ. Большое 
значение в данной концепции имеет и понятие главного коммуникативного задания, на выявление которого направлены ментальные 
действия переводчика на этапе интерпретации оригинала.
Значительное 
влияние 
на 
процесс 
становления 
коммуникативно-функционального подхода к переводу оказали 
взгляды Л.К. Латышева [Латышев 1988, 2000], который рассматривает перевод как вид деятельности, выполняющей общественное предназначение. Общественное предназначение перевода 
заключается в том, что он должен обеспечить двуязычную коммуникацию в максимально возможной мере «по образу и подобию одноязычной». Этому препятствует лингвоэтнический барьер, устраняя который переводчик решает задачу обеспечения 
не равноценности воздействия ИТ и ПТ на каждого конкретного адресата, а максимально возможной равноценности лингвоэтнических предпосылок для такого воздействия. Таким образом, ориентация на реакции получателей перевода является 
важной особенностью концепции Л.К. Латышева. С точки зрения 
коммуникативно-функционального подхода к переводу весьма 
важными представляются выдвигаемые Л.К. Латышевым требования к тексту перевода: 1) быть эквивалентным исходному тексту в коммуникативно-функциональном отношении; 2) быть в 
максимально возможной мере (не противоречащей первому усло
Доступ онлайн
150 ₽
В корзину