История государства и права зарубежных стран
История государства и права зарубежных стран: Краткий обзор
Представленное учебное пособие охватывает историю государства и права зарубежных стран, начиная с древнейших цивилизаций и заканчивая XX веком. В основе изложения лежит сравнительный метод, позволяющий выявить закономерности развития и особенности реализации государственно-правовых явлений в различных исторических эпохах.
Древний Восток: Зарождение государственности
Первая глава посвящена государствам Древнего Востока, где зародилась рабовладельческая государственность. Рассматриваются государства Древней Месопотамии, Древнего Египта, Древней Индии и Древнего Китая. Анализируются особенности их геополитического положения, социальной организации, форм правления и правовых систем. Особое внимание уделяется законам Хаммурапи, как одному из наиболее значимых правовых памятников древности.
Античный мир: От полиса к империи
Вторая глава охватывает античный мир, включая государства бассейна Средиземного моря. Рассматриваются финикийские города-государства, Карфаген, еврейское государство, Крит, Древняя Греция и Древний Рим. Анализируются особенности государственного развития, форм правления, правовых систем, а также причины взлета и падения этих цивилизаций. Особое внимание уделяется развитию афинской демократии, римской республики и становлению римского права.
Средневековая Европа и Азия: Феодализм и его эволюция
Третья глава посвящена средневековой Европе и Азии. Рассматриваются раннесредневековые европейские государства, включая варварские королевства, Византию, а также государства зрелого феодализма, такие как Франция, Англия, Германия, Италия, Испания и Скандинавские страны. Анализируются особенности государственного развития, форм правления, правовых систем, а также причины взлета и падения этих цивилизаций. Особое внимание уделяется становлению феодальных отношений, развитию сословно-представительных монархий и формированию национальных правовых систем.
Эпоха первых буржуазных революций: Переход к новому времени
Четвертая глава посвящена эпохе первых буржуазных революций. Рассматриваются законодательство Нидерландской и Английской буржуазных революций, а также конституционно-политическое развитие США. Анализируются особенности государственного развития, форм правления, правовых систем, а также причины взлета и падения этих цивилизаций. Особое внимание уделяется формированию конституционной монархии в Англии и становлению американской государственности.
XIX век: Модернизация и новые вызовы
Пятая глава посвящена XIX веку, эпохе всесторонней модернизации государства и права. Рассматривается конституционно-политическое развитие США, Франции, Германии, Италии и Испании. Анализируются особенности государственного развития, форм правления, правовых систем, а также причины взлета и падения этих цивилизаций. Особое внимание уделяется развитию конституционной монархии в Англии, формированию новых политических партий и антимонопольного законодательства в США.
XX век: От войн к демократии
Шестая глава охватывает XX век, включая основные тенденции развития права. Рассматривается конституционно-политическое развитие США, Великобритании, Франции, Германии, Италии и Испании. Анализируются особенности государственного развития, форм правления, правовых систем, а также причины взлета и падения этих цивилизаций. Особое внимание уделяется влиянию мировых войн, революций, экономического кризиса и борьбы за права человека на развитие государства и права.
- ВО - Бакалавриат
- 40.03.01: Юриспруденция
- ВО - Специалитет
- 40.05.01: Правовое обеспечение национальной безопасности
- 40.05.02: Правоохранительная деятельность
- 40.05.03: Судебная экспертиза
- 40.05.04: Судебная и прокурорская деятельность
ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАН УЧЕБНОЕ ПОСОБИЕ Москва РИОР ИНФРА-М Федеральным государственным бюджетным образовательным учреждением высшего профессионального образования «Московский педагогический государственный университет» в качестве учебного пособия для студентов высших учебных заведений, обучающихся по направлению «Юриспруденция» Рекомендовано А.Ю. САЛОМАТИН
Саломатин А.Ю. История государства и права зарубежных стран : учебное пособие / А.Ю. Саломатин. — Москва : РИОР: ИНФРА-М, 2022. — 344.с. — (Высшее образование: Бакалавриат). — DOI: https://doi. org/10.12737/8198 ISBN 978-5-369-00914-7 (РИОР) ISBN 978-5-16-004782-9 (ИНФРА-М, print) ISBN 978-5-16-102967-1 (ИНФРА-М, online) В учебном пособии курс истории государства и права зарубежных стран излагается с использованием сравнительного метода. Проводится сопоставление государственно-правового развития и дается интерпретация причин своеобразия развития государства и права в ведущих странах мира в разные исторические эпохи. Предназначено для студентов юридических и исторических вузов и факультетов, всех интересующихся проблемами государства, политики и права. УДК 940:34:35(075.8) ББК 67.3я73 С16 УДК 940:34:35(075.8) ББК 67.3я73 С16 ISBN 978-5-369-00914-7 (РИОР) ISBN 978-5-16-004782-9 (ИНФРА-М, print) ISBN 978-5-16-102967-1 (ИНФРА-М, online) Автор: Саломатин Алексей Юрьевич – д-р юрид. наук, д-р истор. наук, профессор, заведующий кафедрой «Теория государства и права и политология», руководитель Научно-образовательного центра сравнительной правой политики Пензенского государственного университета ФЗ № 436-ФЗ Издание не подлежит маркировке в соответствии с п. 1 ч. 4 ст. 11 © Саломатин А.Ю.
От автора «История государства и права зарубежных стран» — уникальная по своему объему и воспитательному значению юридическая дисциплина, глубоко диверсифицированная по странам и историческим эпохам. Поэтому не удивительно, что она своей масштабностью, сложностью и драматизмом привлекает внимание ведущих историков-правоведов, порождая множество учебников и учебных пособий разной содержательной структуры и степени сложности1. В то же время переход на двухуровневую систему подготовки бакалавр-магистр заставляет по-новому осмыслить прежние подходы к образованию, найти оптимальное соотношение глубины и компактности, образности и научной строгости изложения, побуждает усилить междисциплинарные связи. «Без внутренней опоры на общие закономерности, все прошлое государство и право предстает перед нами ворохом произвольных несвязанных событий». Мы согласны с тем, что одной из таких закономерностей является вертикально восходящее движение, наполненное борьбой противоположностей, конкуренцией, которое «сначала ведет к жестокой регламентации общественных отношений в традициях, обычаях с внутренней несвободой, скованностью личности», а в зрелом состоянии общества — к «раскрепощению личности, раскрытию ее творческих возможностей...» В то же время другой разновидностью развития, несомненно, являются горизонтально направленные изменения в виде эволюционных преобразований на основе соглашений, взаимных уступок, компромиссов, взаимодейст- вия2. В свете сказанного особую значимость при исследовании историко-правового материала приобретает сравнительный метод. Именно он дает наилучшие результаты при выявлении закономерностей развития, предоставляя возможность проникнуть в особенности их реализации. Компаративистика — мощное и перспективное научное направление в современных гуманитарных дисциплинах (исторических, экономических, политических науках), которые прежде всего изучают различные общности (социум, этносы, цивилизации). В этой связи юридическая компаративистика, продолжая традиции сравнительного правоведения, «не ограничивается только правовыми системами или правовыми культурами, правовыми традициями», а стремится охватить правовую реальность во всем ее объеме «через 1 Рецензия одного из наиболее полных учебников под редакцией д-ра юр. наук, проф. Н.А. Крашенинниковой представлена в журнале «Известия вузов. Правоведение» (2006. № 2). Косарев А.И. О закономерностях развития в истории государства и права // Государство и право. 2007. № 4. С. 11, 12.
исследование общего и различного как в ней, так и в ее соотношениях с другими реальностями (культурной, экономической, социальной, виртуальной и т.д.)»1. Сравнительный метод предоставляет немалые возможности не только с точки зрения научного анализа, делая его более всесторонним, но и в плане познания. При сопоставлении изучаемые явления становятся более различимыми, более узнаваемыми и запоминающимися. Одно дело вести речь о древневосточном деспотическом государстве как о некой обобщающей абстракции, другое дело — попытаться ее оживить, рассматривая государства Древней Месопотамии, Древнего Египта, Древней Индии, Древнего Китая как те же абстракции, но уже в большей степени наполненные конкретным, регионально ориентированным материалом. Сравнение лучше всего проводить на базе моделей, т.е. неких новых объектов, которые отражают существенные особенности изучаемого объекта, явления, процесса. «Считаем, что будущее теории и истории государства и права будет определяться возможностью создания эффективных теоретических историко-правовых моделей перспективного развития государственных и правовых явлений». При этом моделирование, как отмечает большинство исследователей, вооружает нас пониманием явлений (т.е. ведет к постижению сути конкретной системы, ее структуры, свойств). Оно помогает управлять системой (т.е. определять наилучшие способы воздействия при заданных целях и условиях) и осуществлять прогноз (т.е. предвидеть прямые и косвенные последствия реализации заданных способов и форм воздействия на систему)2. Разумеется, построение моделей может в чем-то упрощать картину прошлого, но, с другой стороны, оно придает процессу познания лучшую структурированность и четкость. При построении моделей развития государства и права следует иметь ввиду по возможности всю совокупность факторов, влияющих на это развитие. Иными словами, было бы недальновидно рассматривать государство и право только «изнутри», абстрагируясь от внешних давлений на них, включая факторы природно-климатические, демографические, экономические и т.д. Особо следует учитывать феномен правовой культуры, правда, пока еще недостаточно изученный в общепланетарном масштабе3. 1 Тихомиров А.Д. Юридическая компаративистика. Философские, теоретические и методологические проблемы. Киев, 2005. С. 15, 14. 2 Стрельников К.А. Моделирование как новое направление государственноправовых исследований // Конституционное и муниципальное право. 2009. № 24. С. 3. Крашенинникова Н.А. К вопросу о методологии истории права // Вестник Моск. ун-та. Сер. 11 Право. 2007. № 6. С. 3.
Чрезвычайно плодотворным также, на наш взгляд, является рассмотрение истории государства и права через призму теории модернизации. При всей остроте дискуссий по поводу хронологических рамок и основных закономерностях процесса «осовременивания» они замечательны тем, что позволяют увидеть грань между обществом традиционным и обществом современным. Анализ модернизации государства и права на фоне изучения обновления других сфер общественной жизни (экономики, политики, социальных отношений, культуры) придаст, на наш взгляд, историко-правовой науке бо2льшую глубину и фундаментальность, а рассмотрение современной государственно-правовой жизни рубежа ХХ и XXI вв. через призму развертывающейся на наших глазах постмодернизации указывает на вектор общественных изменений, на тенденции развития государства и права в условиях глобализации1. Сравнительный метод и теория модернизации, по нашему мнению, помогают привнести в дисциплину «История государства и права зарубежных стран» комплексный подход: во-первых, студенты будут лучше воспринимать на старших курсах и в магистратуре дисциплины сравнительно-правового блока, а во-вторых, у них сформируются более глубокие политические представления, понимание основных закономерностей общественного развития (включая государство и право). Будут ли подобные новации соответствовать целям совершенствования юридического образования — судить читателям, чьи замечания и пожелания автор с признательностью воспримет. 1 Основные закономерности модернизационных и постмодернизационных процессов описаны по: Малько А.В., Саломатин А.Ю. О некоторых чертах модернизационных процессов в современных условиях // Государство и право. 2004. № 3.
Глава 1. Государство и право Древнего Востока 1.1. Государство и право Древней Месопотамии Древний Восток — колыбель рабовладельческой государственности. Здесь, на перекрестке древних торговых путей, становление классового общества и государства осуществлялось наиболее ярко и стремительно. Различные исследователи неоднократно отмечали, что «Месопотамия, в отличие от Древнего Египта, никогда не была закрытым, в большей мере, самодостаточным организмом; широкие внешние связи усиливали локальные государства. В то же время они были частями религиозного, лингвистического и культурного контину- ма, что предполагает поддержание контактов между ними…»1 Примерно с середины IV тыс. до н.э. в нижней части долин рек Тигр и Евфрат общественное развитие резко ускоряется: начинается строительство монументальных храмов, появляется клинопись и высокохудожественные цилиндрические печати, удостоверяющие право частной собственности. Храм становится центром общинной жизни, своеобразным складом общественных запасов и средоточием ремесленного производства, а его жрецы управляют сложным ирригационным хозяйством. Этот период ранней государственной истории олицетворяет город Урук, в котором возводятся храмы, посвященные двум главным богам местной религии. Дешифровка отдельных глиняных табличек позволяет сделать вывод о хозяйственной деятельности и размерах земельных наделов древней управленческой верхушки. Например, из выделенных вдоль оросительного канала земель 2/3 (около 1000 га) предназначались верховному правителю-жрецу, оставшаяся 1/3 была предоставлена пяти лицам: верховной жрице — около 122 га, жрецу-прорицателю — около 64 га, главному торговому посреднику — около 103 га, главному судье — около 95 га и еще около 100 га, возможно, — военачальнику. «По имеющимся данным, с таких площадей держатели наделов должны были получать ежегодный урожай соответствующего порядка 2 млн литров (около 12 000 центнеров) на верховного правителя — жреца и от 1800 центнеров до 980 центнеров на остальных должностных лиц»2. В так называемый раннединастический период (2800–2371 до н.э.) в южной части Месопотамии существовало более десяти крупных 1 Антонова Е.В. Месопотамия на пути к первым государствам. М., 1998. Гуляев В.И. Шумер. Вавилон. Ассирия. 5000 лет истории. М., 2005. С. 92.
городов-государств (прежде всего Киш, Урук, Ур, Лагаш, Умма)1. Их правители носили разные титулы — «эн», «энси», «лугаль» — и являлись военными и культовыми вождями, причем эти вожди, опираясь на свою военную дружину, успешно пытались оттеснить от власти жречество. Само храмовое хозяйство в это время отделяется от общинного. «Общинники обрабатывали свои земли и выплачивали ренту — налог, тогда как в обработке храмовой земли они переставали принимать участие, что впрочем не исключало их участия в общественных работах, на строительстве каналов, дамб, храмовых или дворцовых сооружений, дорог...» Данные из Лагаша (XXV–XXIV вв. до н.э.) говорят о том, что служители храмов самостоятельно обрабатывали землю для сакральных и хозяйственных нужд, а часть ее на условиях весьма умеренной арендной платы (1/6–1/8 урожая) предоставлялась любому желающему2. Попеременная гегемония крупных городов-номов к концу III тыс. до н.э. сменяется становлением раннего централизированного государства в Северной и Южной Месопотамии. Его основоположник — бывший водонос и чашеносец Саргон Аккадский (2316–2261 до н.э.) — после захвата власти в городе-государстве Кише в результате 34 удачных для него сражений не только подчиняет себе не зависимые ранее города, но и заменяет старую олигархию своими чиновниками. Огромное государство, простиравшееся от Восточного Средиземноморья до Персидского залива, просуществовало недолго. В многочисленных районах при потомках Саргона оно еще как-то сохраняет единство, но затем под натиском горцев и в результате внутренних смут происходит его крах. Восстановление централизованного государства в Месопотамии через некоторое время осуществляют представители III династии Ура (2109–2006 до н.э.), когда деспотический режим достигает жестких форм своего выражения. Чрезвычайно разрастается государственное хозяйство, которое обрабатывает зависимое мужское и женское население гуруши и игеме (первые получали 1,5 литра овса в день, вторые — 0,75 литра вместе с небольшим количеством растительного масла и шерсти). Государство крайне неохотно идет на выдачу служебных земельных наделов, содержа квалифицированных и административных служащих также на пайке, хотя и большем. Запрещается купля-продажа земли, усиливается бюрократический контроль3. В результате роста централизации ресурсов появляется возможность 1 Тот же Урук был окружен двойными стенами протяженностью почти 10 км с 800 сторожевыми башнями, а население его насчитывалось от 800 до 120 тыс. человек. 2 Васильев Л.С. История Востока. Т. 1. М., 1993. С. 86. История Древнего мира. Ранняя древность. М., 1989. С. 81–83.
строить новые храмы весьма внушительных размеров. Например, сохранившийся лучше всех многоступенчатых культовых сооружений зиккурат в Уре имел основание 45 × 60 м и располагал не менее чем тремя ярусами. Как и держава наследников Саргона Аккадского, государство правителей Ура стало жертвой нашествия горцев. В этом неспокойном и этнически неоднородном равнинном районе вторжения следовали практически со всех сторон (с запада, востока, севера). В этот раз пришельцы-амореи захватили власть в различных городах, а затем последовали междоусобицы. Старовавилонское царство (1895–1595 до н.э.) завершается сменой династии: власть в начале XVI в. до н.э. переходит к горному племени касситов из североцентрального Ирана. В этот так называемый средневавилонский период касситские правители находятся у власти вплоть до середины XII в. до н.э., а Верхняя Месопотамия с середины II тыс. до н.э. составляет основу государства Митани (около 1560–1260 до н.э.). И все же эти и другие государства Ближнего Востока (Египет, Хеттское царство, Ассирия в староассирийский и среднеассирийский периоды) не добиваются полного господства над всем этим огромным гетерогенным регионом во II тыс. до н.э. Принципиально новое государство-империю создает в начале I тыс. до н.э. Ассирия. Его особенность — исключительно агрессивный характер. Хорошо была продумана экипировка войск, технология осады и обороны городов, военная разведка. В армии отсутствовали наемники, а ее численность достигала гигантских размеров для того времени — 120 тыс. человек! Максимальных параметров держава достигла во второй половине VII в. до н.э. — она включала в себя почти всю Переднюю Азию. Ассирия была первой, но отнюдь не последней «мировой империей». В этих государствах принципиально нового типа завоеванные территории управлялись не прежними правителями, а специальными чиновниками, поставленными завоевателями. Нередко производились перемещения коренного населения в другие области. Однако Нововавилонское царство, организованное после распада ассирийской державы и достигшее при Навуходоносоре II (605–562 до н.э.) пределов Сирии и Палестины, вряд ли могло претендовать называться империей из-за кратковременности своего существования. Вавилон превратился в крупнейший город мира с людьми, собранными из разных стран («вавилонское столпотворение»), со знаменитой 91-метровой башней — семиярусным зиккуратом, посвященным главному божеству — богу Мардуку. Но уже после смерти основателя царства город был покорен персами. Персидская держава Кира II Великого и его преемников поставила под контроль небольшого этноса множество высокоразвитых и примитивных народов. При Дарии I (521–486 до н.э.) государство
было разделено на 20 сатрапий, руководители которых (сатрапы) обладали только гражданской, но не военной властью. За сатрапами и местными военачальниками наблюдали «царские писцы», но помимо этого в стране существовал обширный штат шпионов. Военно-стратегическое и торговое назначение имела сеть дорог, на которых через 20–30 км располагались станции со свежими лошадьми и курьерами. Центральная власть чеканила золотую монету, а сатрапы и отдельные города могли выпускать серебряные и медные монеты. Была введена изощренная система податей, как натуральных, так и денежных. Элитой армии был корпус «бессмертных» из 10 тыс. человек, привилегированную часть которого составляла персидская знать. В персидской державе, просуществовавшей два столетия и охватывавшей территорию от реки Инд на востоке до Эгейского моря на западе, от Армении на севере до нильских порогов и устья рек Тигр и Евфрат на юге, Месопотамия занимала лишь небольшую по площади часть. Никогда больше в Древнее время ей не суждено было стать ядром крупного государства, а город Вавилон навсегда исчез с карты в III в. н.э. * * * Наиболее значимый правовой памятник Древней Месопотамии и всего Древнего Востока относится к старовавилонскому периоду. Царь Хаммурапи (1792–1750 до н.э.), начавший свое правление как хозяин небольшого царства в 4000 км2, оставил о себе память не только как об основателе крупнейшего государства, чья власть распространялась на север и восток, включая юго-западный Иран вплоть до ассирийских городов, но и как создателе обширного свода Законов с 282 статьями (законы Хаммурапи). В них регулировались такие важные группы правоотношений, как охрана собственности царя, храмов, общинников и царских людей, нормы, касающиеся служебного имущества, операции с недвижимостью и возмещение ущерба, торговля, семейное право, личный наем и т.д. В первых статьях рассматривались последствия недоказанных обвинений (для истца), изменения судьей первого решения. В последующих статьях анализировались такие преступления, как кража (личных и хозяйственных вещей, рабов, кража при отягчающих обстоятельствах) и грабеж. Основным наказанием за эти и другие преступления (например, клевету, недоносительство) была смертная казнь. Использовался и принцип талиона, воплощенный в формуле «око за око, зуб за зуб»: это касалось и отдельных поврежденных частей тела и жизни человека. Однако в отношении пострадавшего неполноправного индивида как правило использовались денежные штрафы. Законодательством регулировался личный и имущественный статус лиц, находящихся на службе (воина — редума и баирума) или связанных повинностью (торговца — тамкара, жрицы — надитум).
Особое внимание уделялось последствиям наводнения или засухи: арендатор нес на себе риск природных катаклизмов, виновный в затоплении общинного поля был обязан возместить убытки, но в то же время свободный человек в случае природных бедствий временно освобождался от уплаты долга и процентов. Разумным было фиксирование максимальных процентов по долгам: 20% для денежного займа и чуть более 33% при хлебном займе. Долговое рабство ограничивалось трехлетним сроком для ближайших родственников должника. В целом древневавилонское общество было достаточно коммерцилизированным. О развитости хозяйственных отношений говорят не только договоры займа, но и договоры мены, купли-продажи, товарищества. Подобному регулированию подвергались отношения личного найма (как в целом, так и по отдельным профессиям с указанием ежедневной платы). Весьма продвинутыми были и рабовладельческие отношения: рабами мог обладать как свободный, так и зависимый от царя человек (мушкенум). Смертной казнью наказывался увод за городские ворота раба, его укрывательство в доме. В то же время допускались смешанные браки рабов и свободных. Характерно, что по меньшей мере 30 статей упоминают рабов, но в то же время «почти отсутствует интерес законодателя к экономическому положению рабов». Это вероятно, объяснялось тем, что по традиции данные вопросы оставались вне компетенции судов1. Тщательно прописывались в законах семейные отношения: преду- сматривался письменный договор о браке, фиксировалась возможность развода, в том числе и по инициативе мужа в случае бесплодия жены. Для женщины же основанием для ухода от мужа с приданым было отсутствие сексуальной жизни. В случае ее прелюбодеяния и других позорящих действий, она могла быть лишена жизни. Бесплодие жены позволяло супругу взять наложницу, статус которой был ниже статуса жены. В делах наследственных допускался принцип равенства в отношении детей, в том числе и рожденных от наложницы. Вопросы и задания для повторения и обсуждения 1. Назовите особенности геополитического положения Древней Месопотамии. 2. Когда начинается и как протекает процесс создания первых государственных образований в междуречье Тигра и Евфрата? 3. Определите хронологические рамки и содержание раннединастического периода. Редер Д.Г. К вопросу о юридическом положении рабов по законам Хаммурапи // Древний Восток. Сб. 1. К семидесятилетию академика М.А. Коростовцева. М., 1975. С. 231.