Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Беспорядок слов. Прощание с мифом

Покупка
Артикул: 776665.01.99
Доступ онлайн
250 ₽
В корзину
С каким мифом мы прощаемся? Если пишущий обнаруживает во фразе беспорядок слов, приводящий к искажению смысла, то он сразу же стремится найти лучший порядок. В таких случаях перестановка слов обычно представляется наиболее целесообразным и даже единственно возможным способом устранения ошибки. Различные пособия по стилистике, культуре речи, литературному редактированию также подталкивают в подобных случаях к перестановке слов. Эта установка — лингвистический миф. В реальной практике устранить дефекты словорасположения удается чаще всего не перестановкой слов, а альтернативными способами: вставкой лексического усилителя, заменой слова, вычеркиванием какого-то элемента, разделением предложения на два... В книге на основе специального исследования охарактеризованы эффективные приемы устранения различных типов беспорядка слов, определены области их применения. Система этих приемов помогает пишущему найти оптимальные способы выхода из затруднительной ситуации, обусловленной беспорядком слов. Успешное преодоление подобных коммуникативных неудач способствует совершенствованию межличностной и массовой коммуникации. Суммарная ценность альтернативных способов устранения беспорядка слов чрезвычайно высока. Они выручат пишущего значительно чаще, чем перестановка слов, положенная в основу теории актуального членения и претендующая на универсальность. Для cтудентов и преподавателей вузов, учащихся колледжей, старших классов средних школ, лицеев, гимназий с углубленным изучением русского языка, для языковедов, психологов, психолингвистов, редакционно-издательских работников — всех, кого интересуют вопросы повышения культуры письменной речи, кто учится или учит строить текст.
Мучник, Б. С. Беспорядок слов. Прощание с мифом : монография / Б. С. Мучник. - Москва : ФЛИНТА, 2020. - 184 с. - ISBN 978-5-9765-4311-9. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.com/catalog/product/1863355 (дата обращения: 22.05.2024). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов. Для полноценной работы с документом, пожалуйста, перейдите в ридер.
Б.С. Мучник

БЕСПОРЯДОК СЛОВ

ПРОЩАНИЕ С МИФОМ

Москва
Издательство «ФЛИНТА»
2020

УДК 811.161.1'42
ББК 81.411.2-5
М92

Мучник Б.С.
М92      Беспорядок слов. Прощание с мифом [Электронный ресурс]

/ Б.С. Мучник. — М. :ФЛИНТА, 2020. — 184 с.

ISBN 978-5-9765-4311-9
С каким мифом мы прощаемся? Если пишущий обнаруживает 
во фразе беспорядок слов, приводящий к искажению смысла, то он 
сразу же стремится найти лучший порядок. В таких случаях перестановка слов обычно представляется наиболее целесообразным и 
даже единственно возможным способом устранения ошибки. Различные пособия по стилистике, культуре речи, литературному редактированию также подталкивают в подобных случаях к перестановке 
слов. Эта установка — лингвистический миф. В реальной практике 
устранить дефекты словорасположения удается чаще всего не перестановкой слов, а альтернативными способами: вставкой лексического усилителя, заменой слова, вычеркиванием какого-то элемента, 
разделением предложения на два... В книге на основе специального 
исследования охарактеризованы эффективные приемы устранения 
различных типов беспорядка слов, определены области их применения. Система этих приемов помогает пишущему найти оптимальные 
способы выхода из затруднительной ситуации, обусловленной беспорядком слов. Успешное преодоление подобных коммуникативных 
неудач способствует совершенствованию межличностной и массовой 
коммуникации. Суммарная ценность альтернативных способов устранения беспорядка слов чрезвычайно высока. Они выручат пишущего 
значительно чаще, чем перестановка слов, положенная в основу теории актуального членения и претендующая на универсальность.
Для cтудентов и преподавателей вузов, учащихся колледжей, 
старших классов средних школ, лицеев, гимназий с углубленным 
 изучением русского языка, для языковедов, психологов, психолингвистов, редакционно-издательских работников — всех, кого интересуют вопросы повышения культуры письменной речи, кто учится 
или учит строить текст.
УДК 811.161.1'42
ББК 81.411.2-5

ISBN 978-5-9765-4311-9 
© Мучник Б.С., 2020
© Издательство «ФЛИНТА», 2020

ВВЕДЕНИЕ

БЕСПОРЯДОК СЛОВ КАК МНОГОВЕКОВАЯ ПРОБЛЕМА

Уже несколько веков известно восходящее к Дж. Свифту 
определение: стиль — это нужные слова в нужном порядке. Но 
как получить этот «нужный порядок»? Практическую задачу 
обычно видят в том, чтобы заменить выявленный в тексте неправильный порядок слов вполне подходящим для данного случая и таким образом успешно передать мысль.
Теоретики уже давно пытались решить эту задачу в общем виде. Стремясь постичь принципы словопорядка, ученые связывали наиболее рациональный порядок слов с последовательностью частей речи, членов предложения, исходных 
синтаксических групп, словосочетаний, с местом логически 
ударного элемента, с последовательностью отраженных во фразе реальных действий, с необходимостью не допустить ошибочной смысловой связи слов или неверного осмысления словоформы.
Еще в I в. до н.э. Дионисий Галикарнасский в своем теоретическом трактате «О соединении слов» критически прокомментировал ряд правил словорасположения: «лучше ставить 
глаголы перед наречиями», «тщательно соблюдать, чтобы 
предшествовавшее во времени предшествовало и в строе повествования» (Античные риторики / под ред. А.А. Тахо-Годи. 
М., 1978. С. 176). Правила словопорядка обсуждали и позднейшие теоретики: Анаксимен, Деметрий, Квинтилиан, Цицерон и др.
Особый интерес к изучению порядка слов, причем достаточно детальному, проявился в XVIII–XX вв. Специально отметим 
изданную в 1762 г. великолепную книгу шотландского теоретика 
Генри Хоума «Основания критики» (М., 1977), где он анализирует десятки случаев нарушения порядка слов в опубликованных 
произведениях известных авторов и на этой основе формулиру
ет ряд правил, регулирующих расположение слов в предложении (глава «Красоты языка»).
Скрупулезное исследование порядка слов в предложении 
провел наш современник Игорь Мельчук. Его фундаментальная 
монография «Русский язык в модели “Смысл — Текст”» (М.; 
Вена, 1995) содержит специальную главу «Порядок слов в русской фразе».
В настоящее время известны десятки правил расположения 
слов в русском языке (типа: дополнение обычно ставится после управляющего слова, согласованное определение обычно 
предшествует определяемому существительному), но они носят 
скорее констатирующий, чем предписывающий характер. Различие между двумя типами языковых правил зорко усмотрел 
в XIX в. словесник К. Петров. Он писал, что на основе одних 
правил можно построить лишь структурно правильное, типовое русское предложение, а другие правила регулируют порядок 
слов в предложении, предназначенном для выражения данной 
конкретной мысли (Петров К. Опыт краткого изложения теории 
словесности. СПб., 1869. С. 31).
Подчеркнем, что именно правила второго типа интересуют 
пишущего прежде всего. Ведь ему важно знать не то, как располагаются слова в русском предложении обычно, а как расположить слова в данном конкретном, сейчас конструируемом 
предложении, чтобы с помощью избранного словопорядка адекватно выразить нужную мысль. К. Петров, говоря о существовании правил «касательно выбора и расположения слов в данном 
случае», сами эти правила не приводит, так как они, за редким 
исключением, в то время сформулированы не были.
На наш взгляд, основным достижением теоретической мысли по проблеме словорасположения явилось выведение (на 
основе анализа негативных фактов) широких, не привязанных 
к той или иной грамматической конструкции правил порядка 
слов. Их полезность подтверждается каждодневной практикой 
конструирования текстов. Приведем некоторые из этих общих 
правил:

1. Слова, связанные непосредственной зависимостью, должны располагаться возможно ближе друг к другу (Г. Хоум, 
В.К. Кюхельбекер).
2. Элемент одного словосочетания не должен вклиниваться 
между двумя элементами другого, т.е. запрещается пересечение стрелок зависимостей (А.В. Гладкий, И.А. Мельчук).
3. Слово, несущее логическое ударение, следует помещать 
в конечную, ударную позицию (Деметрий, Г. Хоум, 
В. Матезиус).
4. Более длинная исходная синтаксическая группа ставится 
после всех более коротких (В. Матезиус, И.А. Мельчук).
Добавим в этот ряд общие правила, выведенные в результате 
наших исследований:
5. Нельзя допускать, чтобы по одну сторону от двупланового компонента стояли два конкурирующих претендента 
на смысловую связь с ним, если двуплановый компонент 
относится к более отдаленному из них (модели АВХ и 
ХАВ).
6. Нельзя допускать, чтобы по обе стороны от двупланового компонента стояли конкурирующие претенденты на 
смысловую связь с ним, если двуплановый компонент относится к последующему (правому) претенденту (модель 
АХВ).
В правилах 5 и 6 в каждой модели подчеркнуты два элемента, между которыми при первоначальном восприятии возникает 
ошибочная смысловая связь слов.
В нашем анализе различных нарушений порядка слов выявился новый аспект проблемы. Многолетняя практика конструирования и редактирования текстов, а также специальные 
эксперименты с опытными литературными работниками показывают, что изменение порядка слов — такой, казалось бы, 
вполне естественный и как будто даже единственно возможный 
способ решения проблемы неверного словорасположения — часто оказывается непригодным для устранения очевидной ошиб
ки. Возникает парадоксальная ситуация: ошибка состоит в неверном расположении слов, а избавиться от нее можно только 
другим путем, не перестановкой слов.
Пример: «Завод приглашает на работу инженеров-конст рукто ров, имеющих опыт работы маляров».
Каждый читатель видит, что при восприятии возникает нелепость: будто требуются такие инженеры, которые имеют опыт 
работы маляров. Очевидно, составитель объявления хотел сказать другое: заводу нужны две категории работников — такие-то 
и такие-то. Неверное осмысление возникает из-за того, что связанные по смыслу слова «приглашает» и «маляров» оказались 
слишком удаленными друг от друга и между ними вклинился 
промежуточный элемент «инженеров-конструкторов», с которым весь причастный оборот «имеющих опыт работы маляров» 
также может быть связан. Пробуем устранить ошибку перестановкой слов:
«Завод приглашает на работу имеющих опыт работы маляров, инженеров-конструкторов».
Однако и в этом варианте возможно неверное прочтение: якобы требуются имеющие опыт работы инженеры-конструкторы 
(другая ошибочная смысловая связь слов).
Заметим, что ошибочная смысловая связь будет устранена, 
если переставить причастный оборот в постпозицию — после слова «маляров». Результат: «Завод приглашает на работу 
инженеров-конструкторов, маляров, имеющих опыт работы». 
Но с этим вариантом исправления составитель объявления вряд 
ли согласился бы: слово «маляров» передвинуто с последнего 
места, что крайне нежелательно: ведь оно логически ударно.
Общий промежуточный вывод: перестановка слов здесь неприемлема. Ни к чему хорошему она не приводит.
Как же устранить явный дефект?
Опыт показывает, что ошибочная смысловая связь часто может быть устранена вставкой слова между элементами ошибочной смысловой связи. Причем вставить нужно такое слово, 
которое практически (в идеале — ничуть) не меняет общий 

смысл предложения. А поскольку «инженеров-конструкторов» 
и «маляров» — однородные члены, то между ними можно безболезненно вставить союз «и». Он хорош тем, что, соединяя 
два контактных элемента перечисления, вместе с тем указывает на их различие. Это как раз то, что в данном случае нужно: 
ведь нам надо различить две категории работников, которые 
при восприятии исходной фразы смешивались, превращались 
в одну: «инженеров-конструкторов, имеющих опыт работы маляров». Исправление: «Завод приглашает на работу инженеровконструкторов и имеющих опыт работы маляров».
А теперь — одна улучшающая замена. Вместо тяжеловесного «имеющих опыт работы маляров» скажем: «опытных маляров». И короче, и даже, кажется, точнее. Ведь человек мог какоето время проработать маляром, но не приобрести необходимого 
опыта. А заводу нужны, очевидно, именно опытные маляры.
Следовательно, предпочтительный вариант здесь такой: «Завод приглашает на работу инженеров-конструкторов и опытных маляров». Ни к форме выражения, ни к содержанию теперь претензий нет. Сказано и то, что надо, и — как надо. При 
этом — обратите внимание — ни одно слово не переставлено! 
А что же сделано, за счет чего достигнуто улучшение? Вставлено разделяюще-различающее «и» (между двумя элементами 
ошибочной смысловой связи), устранившее двусмысленность, и 
заменен оборот «имеющих опыт работы маляров» на более точный «опытных маляров». Кстати, этой заменой мы попутно избавились от повтора «на работу... работы». Итак, вставка и замена вместо перестановки слов.
Конечно, есть немало случаев, когда беспорядок слов успешно устраняется простой их перестановкой. Например: «Перед 
уходом на войну Буркин закопал свое добро вместе с женой и 
детьми в погребе». Исправление: «Перед уходом на войну Буркин вместе с женой и детьми закопал свое добро в погребе». Однако практика показывает, что перестановка слов, даже если она 
вполне приемлема по контекстным условиям, далеко не всегда 
дает лучший вариант исправления. То есть, используя вместо 

перестановки слов альтернативный способ исправления, нередко удается получить более адекватное замыслу, более полноценное исправление.
Квалифицировать разнообразные коммуникативные ошибки как «беспорядок слов» (или «неправильный порядок 
слов») — это только самый общий подход. Важно дифференцировать ошибку по видам: ошибочная смысловая связь слов, 
ошибочное смысловое разъединение слов, смещенное логическое ударение... Такой подход позволил нам разработать и 
сформулировать общие приемы (схемы действий), обеспечивающие успешное устранение сразу целого класса однотипных 
стилистических ошибок.

РОЛЬ СЛОВОПОРЯДКА

Какую конструктивную роль в организации коммуникативно 
безупречного высказывания играет правильный, соответствующий замыслу пишущего порядок слов? Ответить на этот вопрос 
помогает экспериментальное варьирование последовательности 
лексических элементов во фразе.
В учебном пособии «Основы языкознания» (Минск, 1996) 
Б.Ю. Норман предлагает, в частности, такие задания 5 и 6:
«5. Составьте простое высказывание из следующих слов, 
приводимых ниже “россыпью”, в исходных формах и в алфавитном порядке.
Бумага, в, вид, вчера, лестничный, какой-то, мой, мужчина, 
обед, оберточный, пакет, передать, площадка, по, после, приятный, продолговатый, с, соседка.
Что вам помогает выполнять это задание? А что мешает?
6. А теперь (в отличие от предыдущей задачи) слова, составляющие высказывание, приведены в своих конкретных формах — так называемых словоформах. Составьте из них высказывание. Объясните, почему данное задание легче предыдущего.

В бумаге, вчера, лестничной, какой-то, моей, мужчина, оберточной, пакет, передал, по площадке, после обеда, приятный, 
продолговатый, с виду, соседке».
Давайте вслед за Б.Ю. Норманом продолжим игру. Сделаем еще один шаг в сторону читателя. Теперь (в отличие от двух 
предыдущих задач) слова, составляющие высказывание, приведем хотя и в исходных (словарных) формах, но в правильной 
последовательности:
7. Вчера после обед какой-то приятный с вид мужчина передать мой соседка по лестничной площадка продолговатый пакет 
в оберточный бумага.
Это высказывание понять, по-видимому, не труднее, чем искусственную фразу А.М. Пешковского «Я писать этот записка 
председатель комитет».
Как видим, правильная последовательность слов важнее правильности грамматических форм, поскольку помогает сразу же 
установить нужные смысловые связи между словами. Остается только по ходу чтения придать некоторым из них требуемую 
форму. Это похоже просто на попутное исправление грамматических ошибок — в согласовании и управлении.
Правильная последовательность слов результативно работает на понимание. Именно поэтому мы без особого труда понимаем иностранцев, которые в русской речи зачастую допускают 
много грамматических ошибок. Процитируем показательный 
фрагмент из книги Л.А. Введенской и Н.П. Колесникова:
«Вот как В.К. Арсеньев передает речь старика гольда Дерсу 
Узала, который в 1907 году служил у Арсеньева проводником во 
время путешествия по центральной части Сихотэ-Алиня:
— Ты куда? — спросил я его.
— На охоту, — отвечал он. — Моя хочу один козуля убей — 
надо староверу помогай, у него детей много. Моя считал — 
шесть есть.
Несмотря на то что Дерсу Узала соединял слова, не соблюдая правил русской грамматики, понять его все-таки можно. Его 

неправильная речь при восприятии перестраивается нами по законам русского синтаксиса» (Введенская Л.А., Колесников Н.П. 
От собственных имен к нарицательным. М., 1989. С. 124).
Хотя некоторые словоформы неправильны, адекватный порядок слов помогает сразу же уловить правильный смысл.
Если порядок слов нарушен в нескольких местах фразы, то 
понять ее весьма затруднительно. К примеру: В.А. Бородина в 
популярной книге «Восприятие поэзии Востока» (М.; СПб., 
2001) предлагает задание:
«Восстановить стихотворные фразы.
В каждой строчке слова перепутаны местами, установите их 
правильную последовательность и прочитайте поэтически выраженные мудрые мысли (советы).
1. не глаза видит не разум чего зрят того
 
то ум чем глазом и твой увидишь овладел
2. слов лишь на ветви слов изучая дереве
 
не основ до никогда корней дойдешь до» (с. 170–171).
Эта головоломка способна лишь оттолкнуть читателей: границы занимательности остались далеко позади.
Роль порядка слов удобно проиллюстрировать на таком позитивном примере:
«Исправник смиренно положил в карман свою бумагу и молча принялся за гуся с капустой» (А.С. Пушкин. Дубровский). 
Н.П. Колесников комментирует это предложение так:
«Путем комбинированного использования сочетаний слов и 
словосочетаний можно сконструировать ряд новых предложений, но ни одно из них не будет соответствовать авторскому замыслу: 1. Исправник молча положил в карман гуся с капустой 
и смиренно принялся за свою бумагу; 2. Исправник молча положил в свою бумагу гуся с капустой и смиренно принялся за 
карман; 3. Исправник молча положил в гуся свою бумагу и смиренно принялся за карман с капустой; 4. Исправник смиренно 
положил в карман свою бумагу с капустой и молча принялся за 
гуся» (Колесников Н.П. Синтаксическая омонимия в простом 
предложении. Ростов н/Д., 1981. С. 17–18).

Доступ онлайн
250 ₽
В корзину