Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Мастерская Романа Кармена. Страницы истории ВГИКа

Покупка
Артикул: 753651.01.99
Доступ онлайн
155 ₽
В корзину
Книга продолжает уникальный проект кафедры режиссуры неигрового фильма, посвященный первым мастерским документального фильма и их родоначальникам — выдающимся мастерам советского кино. Данное издание посвящено Роману Лазаревичу Кармену и его ученикам. Книга рассчитана на всех любителей истории отечественного кинематографа.
Мастерская Романа Кармена. Страницы истории ВГИКа : учебное пособие / авт.-сост. В. П. Лисакович. - Москва : Всероссийский государственный институт кинематографии, 2019. - 248 с. - ISBN 978-5-87149-248-2. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/1242017 (дата обращения: 23.05.2024). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов. Для полноценной работы с документом, пожалуйста, перейдите в ридер.
Всероссийский государственный институт  
кинематографии имени С.А. Герасимова 

Мастерская
РОМАНА КАРМЕНА

Страницы истории ВГИКа

Москва
ВГИК
2019

Рецензенты:
доктор искусствоведения В.C. Листов
доктор искусствоведения, профессор ВГИКа Г.С. Прожико

Автор-составитель:
заведующий кафедрой режиссуры неигрового фильма,
профессор ВГИКа В.П. Лисакович

Мастерская Романа Кармена. Страницы истории ВГИКа: Учебное пособие. С иллюстрациями. /[сост; авт. вступ. ст., интервью Лисакович В.П.] — М. : ВГИК, 2019. — 248 с.

ISBN 978-5-87149-248-2

Книга продолжает уникальный проект кафедры режиссуры неигрового фильма, посвящённый первым мастерским документального фильма и их родоначальникам — выдающимся мастерам советского кино. Данное издание посвящено Роману Лазаревичу 
Кармену и его ученикам.
Книга рассчитана на всех любителей истории отечественного кинематографа.

УДК 778.5(071)ВГИК

ББК 85.37

УДК 778.5(071)ВГИК

ББК 85.37
    М 328

М 328

ISBN 978-5-87149-248-2

© Всероссийский государственный 
институт кинематографии  
имени С.А. Герасимова, 2019

Бывают эпизоды, которые врезаются в память навсегда. Запоминаешь всё — до мельчайших деталей.
Август 1960-го года. 
Уже и не знаю, каким образом, но я — студент второго курса режиссёрского факультета 
ВГИКа — сижу на вступительном экзамене в мастерской Романа Лазаревича Кармена. Гдето с краю, позади приёмной комиссии. А в центре аудитории — смущённый, растерянный, 
в морской форме офицер, страшно заикаясь, читает: «Гренада, Гренада, Гренада моя»… молодой Семён Аранович, впоследствии известный режиссёр и неигрового, и игрового кино. 
А в комиссии — сам Роман Кармен, человек-легенда, режиссёр-легенда. Он улыбается, ему 
явно нравится и репертуар, и сам молодой человек, решивший почему-то податься в режиссуру. Думаю, Аранович не случайно выбрал «Гренаду» Светлова,  догадывался, как обратить 
на себя внимание, как тронуть душу будущего мастера.
Да, именно будущего, так как режиссёр-легенда впервые переступил порог института в качестве педагога.
Он, прославленный, обласканный властью, только что ставший лауреатом Ленинской премии, в зените славы, а вот, поди ты, чего-то не хватало для полного счастья. Хотелось кому-то 
рассказать, что знал сам, поделиться опытом, и это не громкие слова, это самая что ни на есть 
правда.
Всю оставшуюся жизнь, все, не пройденные ещё по тропам жизни восемнадцать лет (всего-то!) 
он будет разрываться между любимым делом, любимым документальным кино и ВГИКом, своими 
учениками, постоянно ощущая ответственность за их судьбы. А кроме этого — Союз кинематографистов, пленумы, съезды, выступления, статьи и бог весть что ещё.
Он успел выпестовать три мастерские, порядка полсотни учеников — удачных и не очень, 
состоявшихся и не очень, но все они с гордостью говорят о нём как об учителе. Чудес не бывает. И даже сам Кармен — не гарантия стопроцентного успеха ученика. Но ученики гордились 
им, старались не ударить в грязь лицом, старались как могли.
В предлагаемой книге — «Мастерская Романа Кармена» — третьей после «Мастерская 
Ильи Копалина» и «Мастерская Арши Ованесовой и Леонида Кристи», пойдёт речь и об 
учениках, и о самом мастере. Рассказ от имени тех, кто знал, работал, дружил с Романом 
Карменом. Расскажет и сам Кармен о своём детище — документальном кино. С момента создания в 1957 году во ВГИКе мастерской режиссуры документального кино, последовавшие 
десять наборов практически решили, во многом, судьбу послевоенного документального 
кино. От оттепели до застоя, от застоя к перестройке, сквозь девяностые годы к дням сегодняшним.
Три мастера, три «К» — Копалин, Кристи, Кармен. Десять наборов, не менее сотни выпускников — несколько поколений  режиссёров-документалистов. 
Может быть, и не все блеснули яркими, запоминающимися картинами. Но всё, что они 
успели сделать, составило экранную летопись страны, легло в архив вечного хранения и будет 
работать. 

И не только будет, но и уже работает. Их фильмы не были обставлены шумными премьерами, 
яркими афишами, критики не описали их в многочисленных статьях, рецензиях. Но они самоотверженно трудились, прорываясь сквозь непонимание силы документального кино и пренебрежение 
прокатчиков. Конечно, есть и счастливые исключения. И именно эти исключения заставляют вновь 
и вновь верить, что труд режиссёра–документалиста есть труд небесполезный и востребованный.
О Романе Кармене и его фильмах написано немало. И почти ничего на тему — Кармен и ВГИК. 
Мы постарались в данной книге собрать всё о трёх его мастерских, всё о «наследниках по прямой», опубликуем письма Кармена к студентам, увидим, что все восемнадцать лет жизни, начиная с первого набора буквально до последнего своего дня жизни, рядом с гигантской работой 
кинорежиссёра-документалиста, всегда был ВГИК, проблемы будущего документального кино, 
которому мастер был предан бесконечно.
Я не был студентом Кармена, но постоянно у него учился. Учился  его мастеровитости, учился, 
слушая его выступления на художественых советах студии, в Союзе кинематографистов, просто 
разговаривая на разные темы, когда это случалось. Вскоре после окончания института я оказался в делегации документалистов на Краковском кинофестивале. Руководителем делегации был 
Роман Лазаревич. Для меня это была первая зарубежная поездка. Гуляя по улицам прекрасного 
Кракова, Кармен вдруг сказал: «Виктор, придумайте фильм, интересный фильм. И я буду у вас 
оператором». У  меня просто дыхание перехватило от такого предложения.
— Вы шутите, Роман Лазаревич?
—Да нет, — серьёзно ответил Кармен, — я сниму, как оператор, только придумайте».
Мне это показалось невероятным и фантастическим предложением, хотя я к этому времени 
уже снял несколько фильмов с фронтовыми, опытными операторами.  А тут предложение от 
самого Кармена! Придумать что-либо путное я так и не смог. Шёл 1965 год, Кармен был загружен 
своей режиссёрской и общественной работой. Может быть, я только теперь до конца понимаю, 
как ему вдруг захотелось поработать с молодым режиссёром, открыть для себя какую-то новую, 
неизведанную страницу. Но это так и не состоялось.
Позже, я часто общался с Романом Лазаревичем, бывал у него дома, не раз встречались у драматурга Константина Славина, друга Кармена. Снял немало фильмов со старшим сыном — Романом Романовичем Карменом, дружил с ним многие годы.
Передо мной лежит визитная карточка Романа Лазаревича Кармена  на русском и английском 
языках, храню её как дорогой сувенир. Поверх букв печатных написано от руки: «Виктор, прошу 
30 ноября в 18.00 зайти в банкетный зал «Метрополя». Привет!» И подпись. Всё тот же 1965 год, 
день рождения Кармена.
Готовя эту книгу, перечитывая материалы о Кармене, знакомясь с архивными источниками, 
вновь и вновь обращаясь к его фильмам, постоянно спрашиваю себя — в чём сегодня главный 
смысл наследия мастера? На него не так-то просто ответить.
Речь ведь идёт о большом художнике, о классике экранного искусства. Примерьте этот же вопрос к любому другому классику — и вы поймёте, что тут не отделаться перечислением картин, 
списком учеников и последователей, набором наград и премий.

Ответ будет лежать в другой плоскости. 
Выбрав своим творческим путём неигровое кино, Роман Лазаревич посвятил жизнь одному из самых перспективных искусств своего времени. На первый, поверхностный взгляд он 
знакомил своих учеников  с тонкостями создания хроники, экранного репортажа, фильмапортрета или фильма-очерка. Всё это как будто не выходит за пределы кинопублицистики. 
Однако, более пристальное и углублённое проникновение в творчество и педагогику Кармена 
убеждает: нет, дело, конечно, не обстоит так просто.

Кинематограф ушедшего века — и неигровой, и актёрский — совершенствовал формальные приёмы создания экранного зрелища, прежде всего монтаж, справедливо считавшийся 
языком нового искусства. В этой области были достигнуты великие вершины. Однако, сегодня 
чисто монтажные образы классики экрана не то чтобы потускнели, но сделались привычными; искушенный зритель хорошо видит границы достоверности и убедительности монтажного фильма — от одной склейки до другой.
В последние годы своей жизни Роман Лазаревич это не то чтобы отчётливо понял, но, может 
быть, инстинктивно почувствовал. В его фильмах, как и в фильмах его студентов, всё большее 
значение приобретал психологический рисунок характеров — подлинных, найденных в жизни героев. Их экранные речи, их исповедальные монологи, их жесты и мимика становились 
всё более независимыми от прежних динамических монтажных канонов. Динамизм ХХ века 
постепенно, и не всегда заметно, отступал перед проявлениями человеческих характеров. Они 
часто не укладывались в индустриальные темпы и ритмы действительности. Кармен застал и, 
кажется, сумел почувствовать это направление движения.
Давно отгремели бои больших и малых войн, прошедших перед объективом Романа Лазаревича, смолкли давние аплодисменты и давние обличения, далеко вперёд ушла техника 
съёмки и демонстрации фильмов. А новые и новые генерации мастеров экрана и зрителей 
по-прежнему с острым интересом вглядываются в картины Кармена. Так и хочется сказать 
словом любителей живописи — в «картины старых мастеров». Почему? Наверное, потому, что 
в глубокой подоснове старинных изображений живут, и всегда будут жить, горячие человеческие страсти, равно близкие и понятные людям всех времён и народов. Настоящее искусство 
заставляет зрителя исполниться чувствами и заботами испанских патриотов  или нефтяников 
Каспия, солдата, штурмующего рейхстаг, или кубинского рыбака. Искусство, сближающее и 
объединяющее людей, не умирает. Может быть, и в этом тоже одна из разгадок Кармена.
Смысл главного наследия мастера, пожалуй,  ещё и в том, что он поднял авторитет документального кино на высоту, которую сегодня мы считаем, к сожалению, в силу разных причин, 
недосягаемой. Новым поколениям документалистов это надо знать и пытаться соответствовать  когда-то завоёванному. 
Идут годы, десятилетия. И я так же отчётливо вижу красивую, снежную седину мастера, 
мысленно слежу за быстротой и изяществом его движений, слышу неповторимый звук его 
голоса. Все это — подарки судьбы.

Уже более десяти лет назад, в преддверии столетия со дня рождения Кармена, я задумал 
сделать документальный фильм, рассказав о восемнадцати  яростных годах мастера через 
студентов, опираясь на их память. А рядом его кино — от «Пылающего острова» (набрал курс 
и с головой ушел в работу о кубинской революции) и кончая потрясающей по сложности 
«Неизвестной войной».
О чём говорил на занятиях, как понимал своих учеников, что принимал, от чего приходил 
в тихую ярость? Ведь встречаясь со студентами, опирался на весь свой предыдущий опыт. Вёл 
студентов по тропам Испании, Вьетнама, Китая, по дорогам страшной войны.
В результате работы  фильм  получил название «С Романом Карменом… путешествие в молодость» и вобрал в себя историю мастерской набора 1960 года. Бывшие студенты приехали 
в Москву, во ВГИК. Ходили по его коридорам, по аудиториям, вспоминали… Предлагаемая 
книга даёт возможность расширить рамки этого удивительного путешествия в молодость — 
вместе с Романом Карменом. 
Отгремели бои больших и малых  войн, прошедших перед объективом Романа  Кармена. В 
начале 70-х Роман Лазаревич получает  предложение о  создании совместно с американскими кинематографистами  20- серийной документальной эпопеи «Великая Отечественная». Не 
самый молодой и здоровый, он берётся за эту сложнейшую  работу, чтобы рассказать миру 
правду о той войне, и как солдат до конца выполнивший свой долг, он умер во время работы 
над этим фильмом, чуть-чуть не дожив до премьеры. В  американском прокате сериал будет 
называться «Неизвестная война».
«Создаётся могучая бригада режиссёров, вся студия становится «под ружьё» для выполнения этой задачи», — писал в письме сыну Р. Кармен. 
Вот эта могучая бригада режиссёров — Илья Гутман, Лев Данилов, Василий Катанян, 
Семён Киселёв, Леонид Кристи, Игорь Гелейн, Игорь Григорьев, Тенгиз Семёнов, Александра 
Рыбакова, Джемма Фирсова (Микоша), Зоя Фомина, сам Роман Кармен, Константин Славин 
кинодраматург, один из авторов сценария — все они выпускники ВГИКа. 
Выпускники разных лет, разных мастерских, люди разных судеб — каждый из них  внёс 
свою лепту в память о Великой войне, как и кинооператоры, запечатлевшие мгновения этой 
войны. Режиссёрская бригада,  удостоившаяся в 1980 году высочайшей награды —  Ленинской 
премии, стала с полным правом ещё одной карменовской мастерской.

                                                                                        Виктор Лисакович, 
заведующий кафедрой неигрового фильма, профессор

Пээт 
    Вяйнасту

Вахтанг 
   Микеладзе

Владимир
    Коновалов

Виктор
    Шкурин

«С Романом Карменом...
 путешествие 
в молодость»
 

«С Романом Карменом... путешествие в молодость» 

Выпускники первой мастерской Кармена  у входа в институт. Давно, уже много лет назад, 
они впервые переступили порог института кинематографии. И вот вернулись… оглядываются, словно пытаясь что-то вспомнить. Но ведь и так не забыть.
 
Пээт Вяйнасту  
Ничего не изменилось. Как было при нас, так и сейчас.

Вахтанг Микеладзе  
Эти разные лестницы, всё это знакомо.  Пятьдесят с лишним лет назад, на втором этаже 
принимали у нас экзамены. Мы были абитуриентами. И я помню это как сегодняшний день…

Юрий Сальников 
Вдруг мне говорят: «Будет набирать мастерскую Кармен». Шёл 1960 год. Это было для 
меня… стартовая отмашка. 

Виктор Шкурин  
Давно этот микроб где-то в душе сидел — кино, искусство, литература. И я себе сказал: дай, 
я попробую. Я понимаю, конечно, что меня не примут. Какой был конкурс во ВГИКе — сорок 

В. Ермаков

Доступ онлайн
155 ₽
В корзину