Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Определенность и неопределенность права как парные категории: проблемы теории и практики. Ч. I

Материалы XII Международной научно-практической конференции. В 3 х частях
Покупка
Основная коллекция
Артикул: 747359.01.99
Сборник включает статьи и доклады ведущих ученых-правоведов и практических работников, которые прозвучали на международной научно-практической конференции (РГУП, Москва, 17-21 апреля 2017 г.). Рассматриваются как философские, так и методологические аспекты применения в правовой науке и юридической практике категорий «определенность» и «неопределенность» права, способы преодоления неопределенности норм различной отраслевой принадлежности. Структура Сборника: Часть I (разделы 1-4); Часть II (разделы 5-9); Часть III (раздел 10) — Материалы VIII Всероссийской научно-практической конференции аспирантов, соискателей и молодых ученых «Определенность и неопределенность права как парные категории: теоретические и практические проблемы» (РГУП, 25 апреля 2017 г.). Издание рекомендовано ученым, может быть полезным аспирантам и студентам юридических вузов, практическим работникам.
Определенность и неопределенность права как парные категории: проблемы теории и практики. Ч. I : Материалы XII международной научно-практической конференции. В 3-х частях. / отв. ред. В. М. Сырых, В. Н. Власенко. — Москва , РГУП, 2018. - 460 с. - ISBN 978-5-93916-662-1. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/1194097 (дата обращения: 30.05.2024). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов. Для полноценной работы с документом, пожалуйста, перейдите в ридер.
Федеральное государственное бюджетное  
образовательное учреждение высшего образования
РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ПРАВОСУДИЯ

Москва
2018

Определенность и неопределенность 
права как парные категории: 
проблемы теории и практики

Материалы Международной научно-практической 
конференции 17–21 апреля 2017 г.

УДК 340
ББК 67.0
          О 60

Определенность и неопределенность права как парные категории: проблемы теории и практики: Материалы XII международной научно-практической конференции. В 3-х частях. — М., РГУП, 
2018. Ч. I.
ISBN 978-5-93916-662-1

Ответственные редакторы:
Сырых В.М., зав. отделом теории и истории права и судебной 
власти Российского государственного университета правосудия, 
д-р юрид. наук, профессор, заслуженный деятель науки 
Российской Федерации;
Власенко В.Н., председатель Совета молодых ученых и 
специалистов Российского государственного университета 
правосудия, канд. юрид. наук.

ISBN 978-5-93916-662-1

© Коллектив авторов, 2018
©  Российский государственный 
университет правосудия, 2018

С 

Сборник включает статьи и доклады ведущих ученых-правоведов 
и практических работников, которые прозвучали на международной научно-практической конференции (РГУП, Москва, 17–21 апреля 2017 г.).
Рассматриваются как философские, так и методологические аспекты 
применения в правовой науке и юридической практике категорий «определенность» и «неопределенность» права, способы преодоления неопределенности норм различной отраслевой принадлежности.
Структура Сборника: Часть I (разделы 1–4); Часть II (разделы 5–9); 
Часть III (раздел 10) — Материалы VIII Всероссийской научно-практической конференции аспирантов, соискателей и молодых ученых «Определенность и неопределенность права как парные категории: теоретические 
и практические проблемы» (РГУП, 25 апреля 2017 г.).
Издание рекомендовано ученым, может быть полезным аспирантам 
и студентам юридических вузов, практическим работникам.

Сборник подготовлен с использованием СПС «Консультант Плюс».

Содержание

РАЗДЕЛ 1

Пленарное заседание

Ершов В. В. Парные категории «определенность права»  
и «неопределенность права» . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 12
Лазарев В. В. Разумность и определенность в правовом регулировании 
с позиций интегративного восприятия права . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 42
Власенко Н. А. Методологическая результативность исследования 
определенности права . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 51
Чиркин В. Е. Единство и различия парных понятий юридического 
лица публичного и частного права в науке и их определенность/
неопределенность в российском законодательстве . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 63
Морозова Л. А. Правовая определенность как общеправовой  
универсальный принцип. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 73
Реутов В. П. Типы правопонимания и вопрос определенности права. . . . . . 83
Калинин С. А. Холизм и дополнительность в контексте  
постнеклассической методологии современной юридической науки. . . . . . 92
Кодан С. В. Пролетарская партийность и пролетарское правосознание 
в обеспечении идеологической определенности советского 
социалистического права . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 97
Баранова М. В. Определенность и неопределенность как свойства  
и средства правового регулирования . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 106
Аверин А. В. Определённая неопределённость в правосудии . . . . . . . . . . . . . 113
Шайхутдинов Е. М. Добросовестность как явление неопределенности  
права . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 123
Акишин М. О. Юридический язык и проблемы обеспечения правовой 
определенности нормативных предписаний . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 130
Поляков С. Б., Сидоренко А. И. Проблемы преодоления правовой 
неопределенности, порождаемой судебной практикой . . . . . . . . . . . . . . . . . . 139

РАЗДЕЛ 2

Философский и методологический аспекты применения 
в правовой науке и юридической практике категорий 
«определенность» и «неопределенность» в праве

Бармина О. Н. Неопределенность правовых норм и их несовершенство  
как объективные причины появления злоупотреблений в праве . . . . . . . . . 147

Определенность и неопределенность права как парные категории: проблемы 
теории и практики

4

Бурьянов С. А. Значение принципа правовой определенности 
для формирования юридической основы управления глобальными 
процессами в целях устойчивого развития. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 153
Варламова Н. В. Принцип правовой определенности как выражение 
социального назначения права . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 162
Власенко В. Н. Юридическая квалификация как прием преодоления 
правовой неопределенности в правоприменительной деятельности: 
логико-правовой аспект . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 171
Гаврилова Ю. А. Преодоление неопределенности смысла права  
в процессе толкования по объему . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 177
Гук П. А. Преодоление неопределенности норм права. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 182
Гумеров Л. А. Проблемы выявления и конкретизации принципов  
правового регулирования общественных отношений 
в научно-технологической сфере. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 185
Дуэль В. М., Луговая Ю. Б. Об объективных и субъективных  
предпосылках неопределенности права. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 192
Ерыгина В. И. Роль социокультурной методологии в познании 
определенности и неопределенности государства и права . . . . . . . . . . . . . . . 195
Зайцева Е. С. Определенность и неопределенность пределов правового 
регулирования . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 204
Карташов В. Н. Структурирование принципов права. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 210
Кислухин В. А. Правовая миссия как юридическая категория:  
непрерывное движение от неопределенности к большей степени ее 
определенности . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 217
Савченко Д. А. Принцип права как исходное правовое средство защиты 
общественных отношений . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 226
Свешникова И. Ю. Конкретизация права как средство повышения  
степени его определенности. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 235
Смирнова М. Г. Средства выявления неопределенности в праве . . . . . . . . . . 242
Тузов Н. А. Цели, средства и формы достижения определённости в праве . . .250
Федорченко А. А. Правовая догма как фактор правовой  
определенности: достоинства и недостатки? . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 254
Шафиров В. М. Содержательная и формальная определенность в праве . . 260
Шундиков К. В. Неопределенность как характеристика правовой системы 
общества в фазе нестабильности . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 274

РАЗДЕЛ 3

Теоретические и методологические проблемы определенности 
и неопределенности в теории и практике публичного права

Александров А. И. Судебное толкование как средство обеспечения 
определенности уголовного права. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 288
Алешкова И. А. К вопросу о принципах конституционного права. . . . . . . . . 291
Денисов С. А. Неопределенность в праве как средство имитации 
конституционного строя. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 297

Содержание 

5

Дудко И. А. Принцип правовой определенности в решениях 
Конституционного Суда Российской Федерации . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 306
Кальяк А. М. Материалистическое понимание публичного права 
В. М. Сырых и правовая природа социальных прав. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 311
Колотова Н. В. Проблема неопределенности в осуществлении  
социальных прав . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 320
Ловцов Д. А. Концептуально-логическое моделирование правовых 
эргасистем как научно-методическая основа обеспечения правовой 
определенности . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 328
Мартыненко Б. К., Волик К. Б. Неопределённость права,   
административный произвол и проблемы насилия. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 333
Матвиенко Г. В. Принцип определенности таможенного обложения 
и правовые средства его реализации. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 346
Михайлов А. Е. Поиск критериев определённости понятия  
международного терроризма: проблемы теории и практики . . . . . . . . . . . . . 355
Писарев А. Н., Ноздрякова П. В. Полномочия Президента Российской 
Федерации по гарантированию прав и свобод военнослужащих, 
вытекающие из смысла правовых норм, закрепляющих основы 
конституционно-правового статуса главы государства и Верховного 
Главнокомандующего Вооруженными Силами . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 364
Поздышев Р. С. Конкретизация норм права о длящихся  
правонарушениях как средство повышения определенности права . . . . . . 374
Северухин В. А. Определенность права в контексте теории и практики 
разделения властей. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 378
Сим А. В. Проблема определенности конституционных прав и свобод 
человека в российском законодательстве . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 384
Смыслова В. Н. Категория «социальная группа» в контексте статей 
Уголовного кодекса РФ о преступлениях экстремистской  
направленности: проблема нормативно-правовой неопределенности . . . . 390
Чечулина А. А. Принцип правовой определенности в практике  
Европейского Суда по правам человека . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 399
Шевцов А. Л. Теоретико-правовой анализ общих принципов права 
Европейского Союза с позиции их определенности в условиях 
наднационального правового регулирования общественных отношений . . .406

РАЗДЕЛ 4

Теоретические и методологические проблемы применения 
категорий «определенность» и «неопределенность» в теории 
и практике экологического и земельного права

Боголюбов С. А. Конкретизация принципов экологического права. . . . . . . . 415
Гейт Н. А. Правовое закрепление принципов государственного 
экологического управления. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 424

Определенность и неопределенность права как парные категории: проблемы 
теории и практики

6

Землякова Г. Л. Неопределенность и пробелы в правовом регулировании 
кадастрового учета и регистрации прав на земельные участки. . . . . . . . . . . 429
Cырых Е. В. Неопределенность земельного права и судебная практика . . . 438
Устюкова В. В. Неопределенность «отказных» определений 
Конституционного Суда РФ (на примере определений по земельным 
вопросам) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 446
Хлуденева Н. И. Юридизация экологического конфликта. . . . . . . . . . . . . . . . 454

ЧАСТЬ II

РАЗДЕЛ 5

Проблемы применения категорий «определенность» и 
«неопределенность» в правотворчестве и законодательной 
технике

Апт Л. Ф. Основные характеристики неопределенностей правотворческой 
практики России кризисного периода
Давыдова М. Л. Технико-юридические средства, обеспечивающие 
определенность права
Мазуренко А. П. Преодоление пробельности российского законодательства 
как одна из целей правотворческой политики
Новикова Ю. С. Правовые дефиниции как средство повышения 
определенности права
Стальнова А.С. Конкретизация принципа уважения и охраны достоинства 
человека в Российской Федерации

РАЗДЕЛ 6

Теоретические и методологические проблемы современного 
правоведения

Абрамова О. К. Предметы исключительного ведения субъектов Российской 
Федерации как сфера конкретизации права в условиях федерализма
Капыш В. П. Административно-правовой режим экономической 
безопасности
Кича М. В. Интегративность как признак права в правовых системах 
государств Ближнего Востока
Климова А. С. Природа юридических обязанностей в различных типах 
правопонимания
Кузнецова Е. Н. Типы правопонимания
Малышева Е. Ю. К вопросу о цикличности развития права и взаимном 
проникновении правовых и неправовых элементов
Мирошник С. В. Принципы права

Содержание 

7

Мурунова А. В. Правовые традиции и национальные нравственнокультурные традиции: проблемы соотношения
Палеха Р. Р. Ценностная и формальная определенность современного 
российского права
Петрова Е. А. Судебная интерпретация как средство преодоления правовой 
неопределенности: зарубежная практика
Скоробогатов А. В. Правопонимание в постклассическом измерении
Степанов О. А. Интегральная юриспруденция: практические аспекты 
применения
Федосюк А. П. Дуализм как первооснова правового регулирования

РАЗДЕЛ 7

Теоретические проблемы неопределенности и определенности 
историко-правового познания

Дубровин Ю. Д. Из истории российской юриспруденции
Желдыбина Т. А. Идея определенности права в юридической науке  
XIX–начала XX вв.
Колунтаев С. А. Правовая определенность и ее проявление в системе 
отправления правосудия в условиях российского абсолютизма 
в дореформенный период
Королев Б. И. Конкретизация как способ достижения определенности 
законодательства средневековой России (XV–XVII вв.)
Куницын А. С. Интегративное правопонимание и русская юридическая 
мысль
Лысенков С. Г. Приказ № 1 Петросовета как форма проявления 
революционного правосознания и дискредитации единоначалия 
в российской армии периода становления советской государственности
Петров К. В. Неопределенность вступления закона в силу в России второй 
половины XVII в.: технико-организационные процедуры
Савченко Д. А. Проблемы новизны научных знаний об истории права
Соломко З. В. Об определенности и неопределенности права с позиции 
марксизма (на примере административной юстиции в дореволюционной 
и современной России)
Филонова О. И. Преломление права и неправа в судебной деятельности

РАЗДЕЛ 8

Теоретические и методологические проблемы 
неопределенности и определенности в теории и практике 
судоустройства и судопроизводства

Величко М. Б. Использование правовой категории «спор о праве» 
по делам, возникающим из гражданских и публичных правоотношений, 

Определенность и неопределенность права как парные категории: проблемы 
теории и практики

8

как средство устранения правовой неопределенности при определении вида 
судопроизводства: гражданского или административного
Князькин С. И. Правовая определённость на стадии проверки судебных актов 
в цивилистическом процессе
Кузьмина О.В. Пределы действия принципа правовой определенности 
в уголовном процессе России
Лютова О. И. Налоговые обязанности и налоговые обязательства 
в правоприменительной практике высших судебных органов: парные 
категории?
Мамыкин А. С. К вопросу об определенности законодательной 
регламентации инстанционного строения судебной системы Российской 
Федерации
Ниесов В. А. Конкретизация права в сфере развития цифрового 
судопроизводства
Рябцева Е. В. Общегосударственная система защиты прав и правовых 
интересов граждан как правовая категория

РАЗДЕЛ 9

Проблемы применения категорий «определенность» 
и «неопределенность» в теории частного права

Зубенко В. М. О праве малолетнего ребенка на защиту от неправомерного 
разлучения с матерью: проблемы правопонимания и правоприменения
Могилевец О. М. Горное имущество как объект гражданских прав
Овчинникова Ю. С. Правовая определенность и принципы 
обязательственного права: теория и практика
Пушкина А. В. Защита стороны договора при нарушении ее контрагентом 
принципа добросовестности
Сергеева Е. С. Повышение степени определенности отдельных институтов 
гражданского права посредством единообразной трактовки используемых 
категорий (на примере дефиниции «сотрудничество»)
Трофимов В. В. Проблема неопределенности в российском 
интеллектуальном праве и законодательстве (в аспекте инновационной  
и/или научно-технологической стратегии развития)
Швецова М. В. О неопределенности в понятиях «принудительный 
и обязательный труд» в законодательстве Российской Федерации с учетом 
судебных актов Европейского Суда по правам человека

Содержание 

9

ЧАСТЬ III 1

РАЗДЕЛ 10

Материалы VIII Всероссийской научно-практической 
конференции аспирантов, соискателей и молодых ученых 
«Определенность и неопределенность права как парные 
категории: теоретические и практические проблемы» 
(25 апреля 2017 г.)

СЕКЦИЯ
Теория государства и права; конституционное право, конституционное 
правосудие и муниципальное право; финансовое право; информационное 
право
Агапов Т. С. Прямое действие и применение конституций (уставов) 
субъектов Российской Федерации: актуальные аспекты теории и практики
Бабушкина Е. А. Влияние теории естественного права на правовой статус 
личности в Конституции Российской Федерации: на примере социальных 
прав
Болдунов У. А. Понятие и правовая природа конституционного права 
интеллектуальной собственности
Бражник И. С. Виды специализированных судов в современном мире
Бухнин В. С. Реформа местного самоуправления: итоги и перспективы 
развития
Вилова М. Г. Функции права на справедливое судебное разбирательство
Дзусов А. К. К вопросу о злоупотреблении правами в конституционном 
праве
Духанин С. А. Проблемы определенности и неопределенности возбуждения 
административных дел прокурором в отношении физических лиц
Егорченко И. Н. Конституционно-правовые проблемы в сфере обеспечения 
экономического развития Российской Федерации
Калатози Д. Г. К вопросу о правовой неопределенности регулирования 
эмиссии и обращения виртуальной валюты в Российской Федерации
Каскулов И. А. К вопросу о системе конституционных принципов 
российского федерализма
Кожушко С. В. Конкретизация принципа гласности как средство повышения 
степени определенности бюджетного права
Контарёв Е. А. Информационное правовое обеспечение государственных 
и муниципальных электронных закупок
Копин Д. В. Теоретико-правовая идентификация решения, принимаемого на 
референдуме
Метов Х. О. Конституционное регулирование общепризнанных принципов 
международного права в Российской Федерации

1 Информационно-образовательный портал РГУП — www.op.raj.ru.

Определенность и неопределенность права как парные категории: проблемы 
теории и практики

10

Пешехонов Д. А. Совершенствование депоощрительных норм права как 
фактор, влияющий на повышение определённости права
Семененко Е. А. Конституционно-правовое содержание общественной 
безопасности в соответствии с нормативными правовыми актами 
Российской Федерации
Солнцева С. О. Конституционный принцип равенства в контексте принципа 
демократии
Тарасенко М. Д. Развитие содержания права на свободное передвижение 
Конституционным Судом РФ
Тихомиров К. А. Определенность и неопределенность права на примере 
функционирования Банка развития и внешнеэкономической деятельности 
(Внешэкономбанка) как субъекта банковской системы Российской 
Федерации
Чайковский Л. Л. Конституционные принципы и нормы: общее и особенное
Чимакадзе Ф. В. Определенность и неопределенность права как парные 
категории

СЕКЦИЯ
Гражданское, предпринимательское, жилищное и семейное право; 
земельное, экологическое, природоресурсное и аграрное право
Воскобойников А. И. Закупка товаров (работ, услуг) у единственного 
поставщика в условиях непреодолимой силы: проблемы квалификации 
и ответственности
Гуляев И. А. Неналоговые природоресурсные платежи как вид дохода 
бюджета РФ
Елшин Е. Б. Институт предоставления земельных участков: сравнительноправовой анализ
Ефимов А. В. Влияние аффилированности на формирование воли 
юридического лица
Жабинский И. Г. Место договора залога в системе договоров
Жданова Т. А. Конкретизация принципов оказания публичных услуг как 
средство повышения определенности правового регулирования земельных 
отношений
Звонарев А. А. Неопределенность права как основание причинения вреда 
действиями (бездействием) государственных органов и их должностных 
лиц
Кесиди С. Р. Освоение земель: проблемы определенности правового 
регулирования
Кириллова А. О. Предварительный договор: основные проблемы 
квалификации
Лакоценина Н. М. К вопросу о трудности научного определения понятия 
«недействительная сделка» в гражданском праве
Малявина Ю. В. Возмещение потерь, не связанных с нарушением договора 
как новый институт российского права

Содержание 

11

Муравьева М. С. Понятие и статус линейных объектов: некоторые проблемы 
правовой неопределенности
Назарова М. Г. О принципе сотрудничества сторон при исполнении ими 
обязательств
Пискунова Н. И. Условия заключения брака
Романько Э. А. Понятие изменения договора
Сунгуров С. Т. Непоименованные способы обеспечения исполнения 
обязательств
Фролов А. Ю. Понятие и признаки потребительских отношений
Шеденко С. В. Анализ правоприменительных проблем, возникающих 
при возникновении споров, связанных с изъятием земельных участков 
для государственных и муниципальных нужд

СЕКЦИЯ
Гражданский и арбитражный процесс
Иваненко Н. А. Обжалование кредитной организацией ненормативных 
правовых актов Банка России: отдельные процессуально-правовые 
аспекты
Кононова А. В. К вопросу о понимании принципа правовой определенности
Сиразитдинова Ю. Р. Юридические процессуальные факты: исторический 
аспект
Сусарина А. В. Проблемы использования косвенных доказательств 
в современном цивилистическом процессе
Тхазеплов К. А. Проблемы имплементации международных норм при 
рассмотрении дел о возвращении ребенка

СЕКЦИЯ
Уголовное право; уголовный процесс и криминалистика
Акимов В. С. Конкретизация норм права как средство повышения степени 
определенности права
Алинкина А. В. Правовая защита судей Российской Федерации от клеветы, 
оскорблений и иных посягательств на честь, достоинство и деловую 
репутацию
Борисова Н. В. Качество решений суда апелляционной инстанции 
по уголовному делу
Леонтьева Е. В. Актуальные проблемы освобождения от уголовной 
ответственности в связи с назначением судебного штрафа
Ноженко М. О. Развитие российского уголовного права под влиянием 
правовых позиций Европейского Суда по правам человека
Ртищева Е. В. Освобождение от уголовной ответственности с назначением 
судебного штрафа
Тихамирова А. Ю. Уголовно-правовое регулирование отношений в сфере 
охраны водной среды

РАЗДЕЛ 1
Пленарное заседание

Ершов В. В.
ректор РГУП, д -р юрид. наук, профессор, 
заслуженный юрист Российской Федерации, 
заслуженный деятель науки Российской Федерации, академик РАЕН

Парные категории «определенность права» 
и «неопределенность права»

Аннотация: в статье анализируются теоретические и практические проблемы 
определенности и неопределенности права. Сделан вывод о том, что развитие 
права характеризуется непрерывным движением от неопределенности к бо'льшей 
определенности. При таком общенаучном подходе «неопределенность права» 
и «определенность права» — объективно неизбежные парные категории.
Ключевые слова: неопределенность права, парные категории «неопределенность права» и «определенность права», юридический позитивизм, синтезированное правопонимание, интегративное правопонимание.

Abstract: article deals with analysis theoretical and practical problems of issues 
of certainty and uncertainty of law. It is concluded that the development of law is 
characterized by a continuous movement from uncertainty to greater certainty. With 
such a general scientific approach, «uncertainty of law» and «certainty of law» are 
objectively unavoidable paired categories.
Keywords: uncertainty of law, paired categories «uncertainty of law» and «certainty of 
law», legal positivism, synthesized legal understanding, integrative legal understanding.

Определенность права с общенаучных, философских, теоретических, правовых и практических позиций — одна из важнейших, 
очевидно недостаточно исследованных и дискуссионных правовых 
категорий. В то же время, к сожалению, в специальной зарубежной 
и российской литературе, а также в судебных актах активно применяется другое понятие — «принцип правовой определенности». 
В этой связи С. Б. Поляков и А. И. Сидоренко применили в своей 
статье даже слова «экспансия принципа правовой определенности»1. 

1 Поляков С. Б., Сидоренко А. И. Значение принципа правовой определенности 
в Постановлениях Европейского Суда по правам человека // Адвокат. 2014. № 7. 
Режим доступа: СПС «Консультант Плюс».

Ершов В. В. 

13

По мнению А. Киселёва, «российские суды общей юрисдикции весьма быстро приняли этот принцип для обоснования отказов в передаче кассационных жалоб для рассмотрения по существу»1. В результате, как полагает В. Ю. Кулакова, «… правовая определенность 
превращается из средства защиты интересов законности в средство 
оправдания пассивности судей в исполнении ими возложенных на 
них функций»2.
Теоретические и практические проблемы «принципа правовой 
определенности» нередко обсуждаются на научных конференциях 
и «круглых столах». Так, 24 марта 2016 года в Российском государственном университете правосудия был проведен «круглый стол» 
на тему: «Правовая определенность: теоретические и практические 
проблемы в процессе судебного правоприменения при производстве 
по уголовным делам». В работе «круглого стола», в частности, приняли 
участие В. А. Давыдов — заместитель Председателя Верховного Суда 
Российской Федерации — председатель Судебной коллегии по уголовным делам, д-р юрид. наук, Л. В. Головко — заведующий кафедрой 
уголовного процесса, правосудия и прокурорского надзора Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова, д-р юрид. 
наук, профессор, А. Г. Халиулин — заведующий кафедрой Академии 
Генеральной прокуратуры Российской Федерации, д-р юрид. наук, 
профессор, В. В. Ершов — ректор Российского государственного университета правосудия, д-р юрид. наук, профессор, О. В. Качалова — заведующая отделом проблем уголовного судопроизводства, д-р юрид. 
наук, доцент, В. И. Кононенко — заведующий кафедрой уголовнопроцессуального права, криминалистики и судебной экспертизы им. 
Н. В. Радутной Российского государственного университета правосудия, В. И. Качалов — профессор кафедры уголовно-процессуального 
права, криминалистики и судебной экспертизы им. Н. В. Радутной 
Российского государственного университета правосудия.
Европейский Суд по правам человека (в дальнейшем ЕСПЧ) 
в своих судебных актах длительное время активно применяет понятие «принцип правовой определенности». Например, еще 13 июня 
1979 года в судебном решении «Маркс против Бельгии» в самом 
общем виде признал: «…принцип правовой определенности…неотъ
1 Киселев А. Конституционная основа отмены судебных решений в кассационной инстанции. Режим доступа: СПС «Консультант Плюс».

2 Кулакова В. Ю. Правовая определенность судебного решения в свете реализации права на судебную защиту в суде кассационной инстанции // Законы России: опыт, анализ, практика. 2014. № 7.

РАЗДЕЛ 1. Пленарное заседание 

14

емлемо присущ праву Конвенции и праву сообщества…»1. В постановлении Большой палаты ЕСПЧ по делу «Брумареску против Румынии» от 28 октября 1999 года суд уточнил и развил свою позицию: 
«Право на справедливое разбирательство дела судом, гарантируемое 
пунктом 1 статьи 6 Конвенции, должно толковаться в свете преамбулы Конвенции, которая провозглашает, среди прочего, верховенство 
права как часть общего наследия Договаривающихся государств. Одним из основных аспектов верховенства права (выделено мной. — 
В. Е.) является принцип правовой определенности, который требует, 
inter alia, чтобы при окончательном разрешении дела судами их постановления не вызывали сомнения»2.
Однако такой вывод ЕСПЧ представляется дискуссионным. Вопервых, сама концепция «верховенства права» является весьма неопределенной и вряд ли имеет «основные аспекты». Во-вторых, к сожалению, в названных судебных актах ЕСПЧ даже не попытался 
выработать собственную концепцию «верховенства права». В преамбуле Конвенции только в самом общем виде записано: Правительства Европейских государств, движимые единым стремлением 
и имеющие общее наследие политических традиций «идеалов… верховенства права (выделено мной. — В. Е.) сделать первые шаги на 
пути обеспечения коллективного осуществления некоторых из прав, 
изложенных во Всеобщей декларации».
В то же время глубокий анализ становления и дальнейшего развития правовой категории «верховенство права», полагаю, позволяет 
сделать иной вывод: несмотря на длительное и активное применение 
данной правовой категории в судебных актах, международных и национальных документах, а также в специальной литературе правовая категория «верховенство права» еще требует своего дальнейшего 
изучения3. Думаю, в современный период доктрина «верховенство 
права» как признанная большинством специалистов система научных взглядов, имеющих существенное практическое значение, в мире 
в целом и в России, в частности, еще не сложилась. В этой связи в настоящее время «верховенство права» скорее возможно рассматривать 

1 Постановление ЕСПЧ от 13.06.1979 «Маркс (Marckx) против Бельгии» (жалоба N 6833/74).

2 Постановление ЕСПЧ от 28.10.1999 «Дело «Брумареску (Brumarescu) против 
Румынии» (жалоба № 28342 (95).

3 См.: Ершов В. В. Верховенство права — концепция или доктрина? // Российское правосудие. 2014. № 6. С. 5–17; Он же. Правовое государство — концепция 
или доктрина?// Российское правосудие. 2015. № 1. С. 5–12.

Ершов В. В. 

15

в рамках единой концепции правового государства, «определенный 
способ понимания, трактовки»1 правовых явлений с позиции интегративного правопонимания.
В специальной литературе такая точка зрения ранее уже была 
высказана2. С позиции интегративного правопонимания, на мой 
взгляд, теоретически обоснована и практически достаточна только 
одна правовая категория — «правовое государство». Если «легистское государство» по существу ограничивается лишь собственными 
законами, то подлинное «правовое государство» «связывает» себя 
как правом «внешним» по отношению к нему (например, основополагающими принципами международного права и обычаями международного права), так и «собственным», «внутренним» правом 
(в частности, национальными нормативными правовыми актами 
(«законодательством»)3.
В-третьих, в п. 1 ст. 6 Конвенции, на которую ссылается ЕСПЧ 
в названном деле, отсутствует термин «принцип правовой определенности». В соответствии с буквальным текстом п. 1 ст. 6 Конвенции 
«Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях 
или при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный 
срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона…» (выделено мной. — В. Е.). Следовательно, ЕСПЧ, 
выработав понятие «принцип правовой определенности», по существу в очередной раз выполнил функцию правотворческого органа, 
выйдя за пределы своей компетенции. В буквальном соответствии 
с п. 1 ст. 32 Конвенции «в ведении Суда находятся все вопросы, касающиеся толкования и применения положений Конвенции и Протоколов к ней…» (выделено мной. — В. Е.). Следовательно, в компетенции ЕСПЧ находятся только вопросы толкования (уяснения 
для себя и разъяснения для других) и применения принципов и норм 
права, уже выработанных и содержащихся в Конвенции.
Более того, согласно п. 2 ст. 43 Конвенции толковать принципы 
и нормы права, содержащиеся в Конвенции, вправе лишь Большая палата ЕСПЧ. Однако наиболее «развернутое» определение «принципа 
правовой определенности», обычно цитируемое в юридической литературе, содержится в Постановлении Первой секции ЕСПЧ по делу 

1 Философский энциклопедический словарь / Ред.-сост. Е. Ф. Губский, 
Г. В. Кораблева, В. А. Лутченко. М., 2000. С. 222.

2 Ершов В. В. Правовое государство — концепция или доктрина? С. 5–12.

3 Там же. С. 9–12.

РАЗДЕЛ 1. Пленарное заседание 

16

«Рябых против Российской Федерации», принятом 24 июля 2003 г. 
В соответствии с данным Постановлением «…принцип правовой определенности, который, среди прочего, требует, чтобы принятое судами окончательное решение не могло быть оспорено…предполагает 
уважение принципа resjudicata…то есть принципа недопустимости 
повторного рассмотрения однажды решенного дела. Принцип закрепляет, что ни одна из сторон не может требовать пересмотра 
окончательного и вступившего в законную силу постановления 
только в целях проведения повторного слушания и получения нового постановления. Полномочие вышестоящего суда по пересмотру дела должно осуществляться в целях исправления судебных 
ошибок, неправильного отправления правосудия, а не пересмотра 
по существу. Пересмотр не может считаться скрытой формой обжалования, в то время как возможное наличие двух точек зрения 
по одному важному вопросу не может являться основанием для пересмотра. Отступление от этого принципа оправданны, только когда 
являются обязательными в силу обстоятельств существенного и неопределённость характера»1 (выделено мной. — В. Е.).
Вместе с тем необходимо подчеркнуть: согласно п. 2 и 3 ст. 43 Конвенции «Коллегия в составе пяти членов Большой Палаты принимает обращение, если дело поднимает серьезный вопрос, касающийся 
толкования или применения положений настоящей Конвенции или 
протоколов к ней, или другой серьезный вопрос общего характера…
Если Коллегия принимает обращение, то Большая Палата выносит по делу свое постановление (выделено мной. — В. Е.). Однако 
не Большая Палата ЕСПЧ, а только его Первая секция в Постановлении «Рябых против Российской Федерации» выработала «развёрнутое» понятие «принципа правовой определенности», фактически 
осуществив не присущие ей правотворческие функции.
Однако и по существу постановление «Рябых против Российской 
Федерации» вызывает целый ряд других теоретических и практических положений. Первое: что означает понятие «окончательное 
решение»? Традиционно многие специалисты отвечают: решение, 
вступившее в законную силу после рассмотрения жалобы в апелляционной инстанции. Но какова же тогда компетенция целого ряда 
иных национальных и наднациональных судебных инстанций? Второе: может ли быть «оспорено» «окончательное решение» в после
1 Постановление ЕСПЧ от 24.07.2003. «Дело «Рябых (Ryabykh) против Российской Федерации», жалоба № 52854/99.

Ершов В. В. 

17

дующих национальных и наднациональных судебных инстанциях? 
Национальные нормативные правовые акты и международные договоры дают положительный ответ на данный вопрос.
Третье: как представляется, правовая определенность, а точнее — 
определенность права и принцип «resjudicata» — недопустимости 
повторного рассмотрения однажды решенного дела являются различными правовыми категориями. Думаю, существуют разнообразные виды правовых категорий определенности чего-либо. Например, определенность права и определенность результатов судебного 
регулирования. При таком теоретическом подходе представляется 
дискуссионным вывод ЕСПЧ о том, что «правовая определенность 
предполагает уважение принципа resjudicata…то есть принципа 
недопустимости повторного рассмотрения однажды решенного 
дела»1. Как представляется, не тождественных правовых явлений, 
это различные виды определенности, не совпадающих по своему существу. Следовательно, и различные правовые категории.
Четвертое: как правило, участники процесса требуют рассмотрения их жалоб в иных судебных инстанциях не с целью «проведения 
повторного слушания и получения нового постановления», а с другой целью — устранения, по их мнению, судебных ошибок, допущенных в уже вынесенных судебных актах, т. е. «исправления» «неправильного» правосудия.
Пятое: по закону пересмотр вынесенных судебных актов на практике должен происходить не при наличии «двух точек зрения по одному вопросу», а лишь в случаях установления кассационными или 
надзорными судебными инстанциями «обстоятельств существенного 
и непреодолимого характера». Например, согласно ст. 387 ГПК РФ 
«основаниями для отмены или изменения судебных постановлений 
в кассационном порядке являются существенные нарушения норм 
материального права или норм процессуального права (выделено 
мной. — В. Е.), которые повлияли на исход дела и без устранения 
которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, 
свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом 
публичных интересов».
Шестое: в специальной литературе и судебных актах многие правовые и неправовые явления традиционно относят к «принципам». Например, О. С. Орехов, полагаю, по меньшей мере спорно, называет «принцип 
свободы усмотрения государств» внутриотраслевым принципом права 

1 Там же.

РАЗДЕЛ 1. Пленарное заседание 

18

международной защиты прав человека»1. На мой взгляд, во-первых, категория «усмотрение» в целом является теоретически дискуссионной. 
Полагаю, что с позиции теории систем и социального управления более 
корректными представляются категории «регулирование», «правовое регулирование» и «индивидуальное судебное регулирование». При таком 
теоретическом подходе принципы права — одно из средств правового регулирования общественных отношений2. Поэтому выработанное ЕСПЧ 
понятие «принцип правовой определенности» представляется спорным.
В связи с этим В. Т. Томин убедительно заметил: «…принципов 
становится 
слишком 
много…принципы 
должны 
быть 
принципиальными»3. В конечном итоге, по мнению В. Т. Томина, например, отечественному уголовному судопроизводству «…
грозит реальная опасность стать (или продолжать оставаться?) 
беспринципным»4. Далее В. Т. Томин сделал попытку «инвентаризации» наименований и понятий — «кандидатов в принципы»5. Результатом такой излишней «продуктивности» категория «принцип» 
стала, на мой взгляд, теоретически еще более неопределенной и размытой, а практически — контрпродуктивной.
К сожалению, ЕСПЧ в своих судебных актах по существу нередко 
выполняет правотворческие функции, с позиции «судейского активизма» далеко выходя за пределы своей компетенции. Например, 
Микеле де Сальвио писал: «…в свете прецедентного права… суд заполнил пробел (выделено мной. — В. Е.), который, как он сам признавал, существовал до недавнего времени»6. Данная точка зрения на 

1 Орехов О. С. Доктрина свободы усмотрения государств в практике Европейского Суда по правам человека: Автореф. дисс…. канд. юрид. наук. Казань, 2016. С. 6.

2 См., например: Ершов В. В. Право и неправо: дискуссионные вопросы теории 
и практики // Российское правосудие. 2013. № 1. С. 24–31; Правовое и индивидуальное регулирование общественных отношений как парные категории // 
Российский судья. 2013. № 4. С. 4–23; Международное и внутригосударственное 
право и неправо: юридическая природа, классификация и дифференциация // 
Российское правосудие. 2015. № 9. С. 3–17; Ершова Е. А. Правовая природа постановлений Европейского суда по правам человека. Диссертация на соискание 
ученой степени доктора юридических наук на тему: «Источники и формы трудового права в Российской Федерации». М., 2008. С. 358–378.

3 Томин В. Т. Уголовный процесс: актуальные проблемы теории и практики. М., 
2009. С. 41.

4 Там же.

5 Там же. С. 247.

6 Сальвио М. В. В какой мере прецедентная практика Европейского Суда по правам человека оказывает влияние на законодательство и судебную практику государств — членов Совета Европы?// Права человека. 2006. № 5. С. 15–17.

Ершов В. В. 

19

протяжении длительного времени разделяется и самим ЕСПЧ. Так, 
ЕСПЧ в своих судебных актах неоднократно высказывал, на мой 
взгляд, следующее дискуссионное мнение с позиции буквального 
толкования самой Конвенции: «Конвенция не является застывшим 
правовым актом, она открыта для толкования (выделено мной. — 
В. Е.) в свете сегодняшнего дня»; «предмет и цель Конвенции как правового акта, обеспечивающего защиту прав человека, требует чтобы 
ее нормы толковались и применялись (выделено мной. — В. Е.) таким 
образом, чтобы сделать ее гарантии эффективными и реальными».1 
Вместе с тем согласно устоявшимся выводам общей теории права 
толкование права — это только уяснение для себя и разъяснение для 
других уже имеющихся, например, в Конвенции принципов и норм 
права, а не их развитие, изменение либо дополнение.
В этой связи представляется теоретически спорным также и вывод 
бывшего председателя ЕСПЧ г-на Риксдаля, сделанный им 1 ноября 
1998 года: «Европейская Конвенция о правах человека должна толковаться и применяться как живой инструмент, следуя за развитием наших обществ и не обязательно согласно намерениям «отцовоснователей в 1950 году…» (выделено мной. — В. Е.).2 В то же время 
весьма характерна дальнейшая оговорка г-на Риксдаля, думаю, противоречащая сказанному им выше: «…но сразу же добавлю и настаиваю на том, — продолжил он, — что эволютивное толкование, следуя 
за развитием наших обществ, не должно стать судебным активизом. 
По моему мнению, судьи призваны тщательно изучать, оценивать, 
принимать во внимание развитие общества, но они, в особенности международные судьи, не должны действовать в соответствии со своей 
собственной субъективной оценкой тенденций, которые кажутся им 
более предпочтительными и которые они одобряют».3

При таком, полагаю, теоретически неубедительном подходе ЕСПЧ 
Пьер-Ив Монжаль справедливо констатировал: «В 2003 году Суд 
(ЕСПЧ. — В. Е.) заявил, что его постановления имеют ту же силу, что 
и договор»4. Далее Пьер-Ив Монжаль обосновано подчеркнул: Есть 
три особых мнения судей в отношении этого способа действий Европейского Суда по правам человека, во многом основанные на практике 

1 Цит. по: Туманов В. А. Европейский Суд по правам человека. Очерк организации и деятельности. М.:Норма. 2001. С. 90, 91.

2 См.: Государство и право. 1999. № 7. С. 57–62.

3 Там же.

4 Монжаль П. И. Могут ли быть оспорены европейские основные права?// 
Российское правосудие. 2015. № 5. С. 44.