Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Внешняя политика Франции от де Голля до Саркози (1940-2012)

Покупка
Артикул: 429346.02.99
Внешняя политика Франции представлена в книге через деятельность ее творцов: от Ш. де Голля ло Н. Саркози. Отправной точкой повествования являются трагические дни военного разгрома 1940 г. В центре внимания — осевые линии французской внешней политики, факторы, которыми страна стремилась компенсировать утрату классических атрибутов внешнеполитического могущества в меняющемся мире. Особое место отведено анализу отношений Парижа и Москвы со времен Второй мировой войны до наших дней. Для специалистов и студентов, изучающих историю и внешнюю политику Франции, а также широкого круга читателей, интересующихся историей международных отношений и французской политикой.
Обичкина, Е.О. Внешняя политика Франции от де Голля до Саркози (1940—2012) / Е.О. Обичкина. — Москва : Аспект Пресс, 2012. — 382 с. - ISBN 978-5-7567-0663-5. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.com/catalog/product/1038566 (дата обращения: 14.06.2024). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов. Для полноценной работы с документом, пожалуйста, перейдите в ридер.
МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ИНСТИТУТ 
МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ (УНИВЕРСИТЕТ)
МИД РОССИИ

Е. О. Обичкина

Внешняя политика Франции 
от де Голля до Саркози
(1940–2012)

 
Научное издание

Москва
2012

УДК 327
ББК 66.4
 
О15

Издание подготовлено при поддержке 
Некоммерческой организации 
Фонд «Экономическое развитие высшей школы»

 
  
Обичкина Е. О.
О15   
Внешняя политика Франции от де Голля до Саркози  (1940–2012): Научное издание / Е. О. Обичкина. — М.: Аспект Пресс, 2012. — 382 с.

 
  
ISBN 978–5–7567–0663–5

 
  
Внешняя политика Франции представлена в книге через деятельность 
ее творцов: от Ш. де Голля до Н. Саркози. Отправной точкой повествования являются трагические дни военного разгрома 1940 г. В центре внимания — осевые линии французской внешней политики, факторы, которыми страна стремилась компенсировать утрату классических атрибутов 
внешнеполитического могущества в меняющемся мире. Особое место отведено анализу отношений Парижа и Москвы со времен Второй мировой 
войны до наших дней. 
 
  
Для специалистов и студентов, изучающих историю и внешнюю политику Франции, а также широкого круга читателей, интересующихся историей международных отношений и французской политикой.

 
УДК 327
 
ББК 66.4

ISBN 978–5–7567–0663–5 
© МГИМО (У) МИД России, 2012
 
© ЗАО Издательство «Аспект Пресс»,  
 
 
2012

Все учебники издательства «Аспект Пресс» на сайте
www.aspectpress.ru

Предисловие

В
ниманию читателя предлагается ретроспективный анализ внешней политики Франции с июня 1940 г., когда она потерпела сокрушительное поражение от гитлеровской Германии и утратила статус 
великой державы. Мир за это время претерпел кардинальные изменения: от побед Гитлера до крушения Третьего рейха, через годы холодной войны к распаду биполярной системы и становлению нового мирового порядка, контуры которого ещё не совсем определились, как не 
определился ещё и новый глобальный баланс сил.
Не случайно в названии книги первым стоит имя де Голля. Голлистская традиция, составляющая основу дипломатии Пятой республики, восходит к 1940 г., когда генерал, объявленный на родине вне 
закона, выступил от имени той Франции, которая не смирилась с гитлеровским порабощением и продолжила борьбу, чтобы закончить войну в ранге державы-победительницы. Эта традиция исходит из убеждения, что реальность не следует послушно принимать. Ее надо творить 
согласно собственному замыслу, следуя тому образу, который страна 
стремится утвердить на международной арене.
Во внешней политике Франции с 1940-х годов и по сей день четко 
прослеживаются черты длительной исторической традиции. Ее краеугольным камнем с полным основанием можно назвать идею величия, 
поскольку со времен Французской революции и Империи благодаря 
пропаганде образа «великой нации» поиски могущества стали предметом забот не только власти, но и общественного мнения. Стремление поддержать статус великой державы определило поиски «компенсирующих факторов» могущества при недостаточности классических 
средств его утверждения, коими являются военное и экономическое 
превосходство. Так, важным атрибутом величия была с конца ХIХ в. 
обширная колониальная империя, удержание которой тяжелым бременем легло на послевоенную политику страны. Постколониальный патернализм остался одним из важных слагаемых внешнеполитической 
идентичности Франции. Он и в настоящее время дает о себе знать в политике Парижа в Средиземноморье и Африке.
Компенсирующим фактором с конца ХIХ в. была и система союзов, призванная обеспечить безопасность страны перед лицом единой 
и сильной Германии. Ориентация на союзы с США и Великобританией стала константой французской дипломатии, так же как и страх 

перед германским преобладанием. Обе тенденции, хотя и в преломленном виде, присутствуют в современной французской дипломатии, в ее 
европейском и атлантическом измерениях, а в чистом виде — во внутрифранцузской дискуссии конца 1980-х — начала 1990-х годов вокруг 
объединения Германии. Средством преодоления этих страхов стало целенаправленное превращение «наследственного врага» в ближайшего 
партнера по Европейскому союзу и  союзника по НАТО. Результатом 
этой политики является один из постоянных приоритетов — тесный 
франко-германский тандем в европейском строительстве.
Если биполярный порядок, основанный на непререкаемом превосходстве двух сверхдержав, оставлял Франции ограниченное поле для 
влияния на мировые дела, то последние десятилетия стали временем 
интенсивных поисков стратегии, способной обеспечить Франции заметную роль в формировании новой системы международных отношений. В этих условиях внешняя политика страны определяется не только интересами ее безопасности. Речь идет об утверждении собственной 
концепции мирового порядка, основанного на международном праве, 
краеугольным понятием которого для Франции и для Запада в целом 
являются права человека. Этому принципу отдан приоритет перед 
классическим правом государств на насилие внутри своих границ, из 
чего следует признание законности международного вмешательства 
в дела суверенных государств, в которых нарушаются права человека. 
В этом сегодня состоит главное расхождение между Парижем и Москвой в видении перспектив мирового развития.

Ч А С Т Ь  I

УТРАТА ВЕЛИЧИЯ
(1940–1958)

Гл а в а  
1
«Свободная Франция» 
в поисках легитимности 
(1940–1944)

А
нализируя дипломатию Франции, видный французский международник П. Асснер писал: «От де Голля до Миттерана французская политика может быть расценена как попытка восстановить былое величие 
при полном отсутствии средств, которые делали бы это возможным»1.
Франция вступила во Вторую мировую войну на третий ее день, 
3 сентября 1939 г., после отклонения Гитлером франко-британского 
ультиматума с требованием немедленного вывода германских войск 
из Польши. Однако практическое бездействие франко-британских 
 войск на германском фронте дало современникам основание назвать эту кампанию «странной войной» — «une Drôle de Guerre». Отказ 
франко-британских союзников от активных боевых действий не только позволил Гитлеру разгромить Польшу, но и дал ему возможность 
перегруппировать свои силы для решительного наступления на западе. 
10 мая 1940 г. нацистская Германия нанесла сокрушительные удары по 
Нидерландам, Бельгии, а 13 мая — по Франции. Уже через месяц последняя отказалась от борьбы. Правительство П. Рейно и вместе с ним 
демократический режим Третьей республики прекратили свое существование, а 22 июня 1940 г. глава Французского государства, созданного на развалинах республики, маршал Ф. Петен заключил перемирие 
с Гитлером. Франция, столицей которой после перемирия стал небольшой курортный город Виши, признала свое поражение и подчинилась 
оккупационному режиму, навязанному нацистской Германией. Тем 
самым «она расписалась в том, что больше не является великой державой»2, в чем были уверены практически все политики Европы и мира, 
но этого не захотел принять человек, который тогда пребывал в ранге 
заместителя государственного секретаря правительства Поля Рейно, — 
генерал Шарль де Голль. Неприятие поражения, оккупации и коллаборационизма стало стержнем, позволившим Франции прийти к маю 
1945 г. в ранге державы-победительницы.

Гл а в а  1 . «Свободная Франция» в поисках легитимности (1940–1944)  

1.1. Две Франции в воюющем мире

Решающий день, определивший судьбу Третьей республики во 
Франции, — 16 июня 1940 г. Неотвратимость катастрофы стала очевидной, когда председатель кабинета министров П. Рейно получил 
посла ние президента США Т. Рузвельта, в котором тот заверял Францию «в своей величайшей симпатии», но развенчивал надежды Рейно 
на то, что США немедленно вступят в войну против Гитлера. Тогда же 
Рузвельт настойчиво требовал от французского посла де Сен-Кантена, 
чтобы Франция продолжала борьбу в Северной Африке.
Главной заботой британских союзников в эти часы была срочная 
эвакуация французских флота и авиации, чтобы они не достались Гитлеру. Лондон требовал, чтобы французское правительство проконсультировалось с ним сразу по получении условий перемирия, и указывал, 
что нарушение франко-британского договора о союзе «поставит под 
вопрос честь Франции»3. Черчилль в личном послании Петену и Вейгану — своим «соратникам в двух великих войнах против Германии» — 
призвал не терять времени и отвести «прекрасный французский флот» 
к берегам Англии или США до начала переговоров с Германией.
Содержание британских нот от 16 июня указывало альтернативный путь, на который союзники встали уже после французской капитуляции. Парадоксальным образом он совпадал с планами маршала 
Петена, которому в тот же день были переданы правительственные 
полномочия. И Петен, и англо-американцы действовали в тот момент 
в одной и той же логике традиционной дипломатии. По этой логике 
стоило принять как неизбежность перемирие с немцами, но не отдавать им французский флот и колонии, чтобы в дальнейшем, используя 
французскую колониальную армию, продолжить борьбу с Германией 
в Северной Африке, а оттуда — освобождение континентальной Европы. В 1942 г. этот план начал реализовываться в сотрудничестве с вишистским адмиралом Дарланом, но его нарушило вмешательство де 
Голля, за которым стояла другая — «Сражающаяся Франция», не признавшая поражения и не сложившая оружия.
В решающий день 16 июня 1940 г., в момент, когда правительство 
П. Рейно слагало с себя полномочия, из Лондона было послано сильно 
запоздавшее предложение о франко-британском союзе, согласованное 
с главой франко-британской комиссии по координации военных закупок Ж. Моннэ и одобренное Ш. де Голлем, прилетевшим в Лондон 
в тот же день. Предложения, беспрецедентные по своему характеру, 
явились отчаянной попыткой спасти англо-французский союз против 

Ч а с т ь  I . УТРАТА ВЕЛИЧИЯ(1940–1958)  

Германии и не дать Франции выйти из войны. Предложенный англичанами текст гласил:

«В этот столь суровый час в истории современного мира правительства 
Соединенного Королевства и Французской республики объявляют о своей 
неразрывной связи и непреклонной решимости вместе защищать справедливость и свободу от порабощения системой, которая стремится превратить человечество в роботов и рабов».

Предлагалось создать из двух наций франко-британский союз 
с общим управлением обороной, иностранными делами, финансами 
и экономической политикой, а также автоматическим двойным гражданством. В период войны страны делили бы поровну все ее издержки, а их вооруженные силы подчинялись бы единому военному кабинету. Парламенты обеих стран также были бы слиты воедино. Это, по 
сути, означало создание союзного государства, призванного соединить 
энергию двух наций для борьбы с врагом, «где бы ни велась битва». По 
словам Черчилля, который отдавал себе отчет во всех возможных последствиях, его скептицизм отступил перед «этой волной великодушия, 
которая вознесла наше желание действовать на такую высоту бескорыстия и отваги». Идеи, которые лежали в основе этого проекта, послужили в дальнейшем опорой деятельности «Сражающейся Франции» де 
Голля в рамках англо-американской антигитлеровской коалиции.
Между тем в трагический день 16 июня 1940 г. английское предложение о союзном государстве даже не рассматривалось французским 
кабинетом: к вечеру П. Рейно добровольно уступил бразды правления 
стороннику немедленного перемирия с Гитлером маршалу Петену. 
Правда, министром иностранных дел в кабинете Петена, составленном 
исключительно из сторонников перемирия, был назначен не Лаваль, 
стремившийся к разрыву с Лондоном, а Бодуэн, который хотел непременно сохранить союз с Англией и дружбу с США. Он заверил Лондон 
и Вашингтон, что французский флот ни при каких условиях не достанется ни немцам, ни итальянцам. Лорд Адмиралтейства Александер 
и министр колоний Ллойд были посланы в Бордо, чтобы помочь вывести французский флот. Но Петен хотел оставить флот и колонии за 
своей Францией.
22 июня 1940 г. по получении известия о подписании перемирия 
между правительствами Франции и гитлеровской Германии Лондон 
отозвал своего посла Р. Кемпбелла и всех своих представителей из 
Бордо. 3 июля 1940 г. британские силы атаковали и потопили средиземноморский флот Франции в бухте Мерс-эль-Кебир. Жертвами английской бомбардировки стали 11 тыс. французских моряков4. Петен 

Гл а в а  1 . «Свободная Франция» в поисках легитимности (1940–1944)  

разорвал отношения с Англией. Он считал, что та не сможет долго сопротивляться Гитлеру после выхода Франции из войны. Действуя в логике традиционной войны коалиций, он надеялся прочно утвердиться 
среди союзников Гитлера и благодаря этому обеспечить Франции привилегии в переговорах, которые подведут итог европейской войне, конец которой, как он полагал, был очень близок. Правительство Виши 
старалось вписать Францию в «новый порядок», который Гитлер устанавливал в покоренной Европе.
Отныне правительство Великобритании стремилось поддерживать 
тех, кто сопротивлялся перемирию и хотел продолжить борьбу. Первым из них был генерал де Голль, 18 июня 1940 г. обратившийся по 
радио Би-би-си с историческим воззванием «ко всем французам»:

«Франция проиграла это сражение, но Франция не проиграла войну! Случайные правители могли капитулировать, охваченные паникой, забыв 
о чести, ввергнув страну в рабство. Однако ничто не потеряно... потому что 
эта война — мировая война. В свободном мире остались еще не задействованными огромные силы. Настанет день, когда они раздавят врага. Надо, 
чтобы Франция в этот день была в стане победителей. Тогда она вновь обретет свою свободу и свое величие... Такова моя единственная цель! Вот 
почему я призываю всех французов, где бы они ни находились, присоединиться ко мне в борьбе, самопожертвовании и надежде»5.

Французы, бежавшие из страны, получили возможность сражаться с Гитлером в составе английских частей. Пятьсот самых отважных 
де Голль наградил после победы драгоценной медалью «Товарищей по 
Сопротивлению» (Compagnons de Résistance).
Воззвание 18 июня заставило Петена объявить де Голля вне закона, 
в то время как тот в свою очередь считал правительство Виши незаконным по своей сути. Он старался добиться признания «Свободной 
Франции» — организации, которую он возглавил и которая с июля 
1942 г. стала называться «Сражающаяся Франция», законной представительницей интересов французского народа, чтобы она не оказалась лишь военным формированием на службе у англичан. Борьба за 
признание проходила по нескольким линиям. Во-первых, необходимо было обеспечить поддержку Французской империи — ее народов, 
но, что не менее важно, колониальной администрации и армии, чтобы противодействовать проникновению других держав «оси» во французские колонии. С этой точки зрения очень важным эпизодом войны 
стало героическое сопротивление, оказанное 1-й бригадой «Свободной 
Франции» под командованием генерала Кенига в Бир-Хакейме в Ливии 27 мая — 11 июня 1942 г.

Ч а с т ь  I . УТРАТА ВЕЛИЧИЯ(1940–1958)  

Кроме того, следовало добиться признания внутреннего Сопротивления, в котором чрезвычайно сильно ощущалось влияние коммунистов — «партии расстрелянных». С этой целью в оккупированную 
Францию направили Жана Мулена, который должен был содействовать созданию (в мае 1943 г.) Национального совета Сопротивления 
(НСС).
Но в международном плане требовалось подкрепить главное направление дипломатических усилий де Голля — признание его Франции 
союзниками по антигитлеровской коалиции. Борьба за признание растянулась на долгие годы. Первым шагом стал обмен письмами между 
Черчиллем и де Голлем 7 августа 1940 г. Английский премьер-министр 
согласился с созданием и финансированием французских добровольческих сил. Стороны обязались бороться за «полное восстановление 
независимости и величия Франции», хотя в секретном письме Черчилль и оговорился, что это не означает для него обязательства гарантировать полное восстановление французских границ6. Становлению 
«Свободной Франции» в этот период организационно способствовал 
созданный 24 сентября 1941 г. и признанный США, Великобританией 
и СССР Французский национальный комитет. Но, к разочарованию де 
Голля, он не стал признанным правительством Франции, а лишь «организующим французское участие в войне». Союзники не считали нужным 
ставить его в известность о своих военных предприятиях, даже если те 
прямо касались французских интересов, как это было с высадкой англичан на французском Мадагаскаре в мае 1942 г. Отношения с США 
оставались еще более сложными. Рузвельт не доверял де Голлю, подозревая его в диктаторских замашках. Американцы считали, что после 
поражения 1940 г. Франция больше не может претендовать на ранг великой державы. Вашингтон возмущали колониальные амбиции де Голля, стремившегося своими более чем скромными силами поддерживать 
видимость «глобального присутствия». В декабре 1941 г. «Свободная 
Франция» предприняла высадку на острова Сан-Пьер и Микелон, 
которые подчинялись ставленнику правительства Виши, губернатору 
Антильских островов адмиралу Роберу. Рузвельт был этим очень недоволен, поскольку заключил с Робером соглашение о поддержании 
статус-кво в американских владениях Франции. Его успокоили только результаты референдума, проведенного сторонниками де Голля на 
Антильских островах. Почти все (98%) их население одобрило операцию «Свободной Франции» по упразднению суверенитета Виши над 
островами. Зато в мае 1942 г. американцы высадились во французской 
Новой Каледонии, и, несмотря на настояния Черчилля, де Голль не