Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Философия русской культуры. Метафизическая перспектива человека и истории

Покупка
Основная коллекция
Артикул: 690592.01.99
Доступ онлайн
345 ₽
В корзину
В монографии российского философа и культуролога, профессора Националь- ного исследовательского университета «Высшая школа экономики» О. А. Жуковой рассматриваются культурфилософские сюжеты, ставшие традиционными для русских мыслителей XIX-XX вв. и не потерявшие своего значения для современных философов культуры и истории, философских антропологов, историков отечественной мысли. В центре исследовательского внимания находится проблема смысловой взаимообусловленности религиозной, художественной и социально-политической традиции в российской истории, тематизированная концептом человека, культуры и творчества. В истории России обнаруживает себя проблема преемственности духовного и социального опыта, наследования и трансляции значений и смыслов, выработанных предшествующим опытом культуры. Эта логика трансформаций, разрушающая идеально-ценностную сферу культуры, проявляется в русской интеллектуальной и социальной истории как противоречие между неотчуждаемой в христианской традиции свободой лица и традиционализмом власти, маркируя оппозицию либерализма и консерватизма в отечественной общественной мысли. Автор очерчивает контур российской культурной истории, продолжая дискуссию о цивилизационной и культурно-политической идентичности России. В монографии проблематизируется тема философии творчества, трактуемого в русской культуре как способ спасения и нравственного служения, анализируются художественная и религиозная традиции русской культуры, реконструируется образ России и Европы, репрезентируемый в национальном самосознании. Издание адресовано исследователям, студентам и аспирантам, специализирующимся в области истории русской мысли, философии культуры, философской антропологии, эстетики, а также широкому кругу читателей, проявляющих интерес к проблемам философии русской культуры, истории и искусства.
Жукова, О. А. Философия русской культуры. Метафизическая перспектива человека и истории: Монография / Жукова О.А. - Москва :Согласие, 2017. - 624 с.: ISBN 978-5-906709-88-2. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.com/catalog/product/978457 (дата обращения: 24.06.2024). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов. Для полноценной работы с документом, пожалуйста, перейдите в ридер.
О. А. Жукова

ФИЛОСОФИЯ 
РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ 

Метафизическая перспектива

человека и истории

И з д а т е л ь с т в о  « С о г л а с и е » 
М о с к в а 
2 0 1 7

Национальный исследовательский университет 
«Высшая школа экономики» 
Международная лаборатория исследований 
русско-европейского интеллектуального диалога

Рецензенты 
А.Л. Доброхотов, доктор философских наук, профессор 
И.В. Кондаков, доктор философских наук, профессор 
Н.А. Хренов, доктор философских наук, профессор

Жукова О.А.
Ж 85
Философия русской культуры. Метафизическая перспектива 
человека и истории / О. А. Жукова. — М.: ООО «Издательство 
«Согласие», 2017. — 624 с.

ISBN 978-5-906709-88-2

В монографии российского философа и культуролога, профессора Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» О. А. Жуковой 
рассматриваются культурфилософские сюжеты, ставшие традиционными для 
русских мыслителей XIX–XX вв. и не потерявшие своего значения для 
современных философов культуры и истории, философских антропологов, 
историков отечественной мысли. В центре исследовательского внимания 
находится 
проблема 
смысловой 
взаимообусловленности 
религиозной, 
художественной и социально-политической традиции в российской истории, 
тематизированная концептом человека, культуры и творчества. В истории 
России обнаруживает себя проблема преемственности духовного и социального 
опыта, наследования и трансляции значений и смыслов, выработанных 
предшествующим опытом культуры. Эта логика трансформаций, разрушающая 
идеально-ценностную сферу культуры, проявляется в русской интеллектуальной 
и социальной истории как противоречие между неотчуждаемой в христианской 
традиции свободой лица и традиционализмом власти, маркируя оппозицию 
либерализма и консерватизма в отечественной общественной мысли. Автор 
очерчивает контур российской культурной истории, продолжая дискуссию о 
цивилизационной 
и 
культурно-политической 
идентичности 
России. 
В 
монографии проблематизируется тема философии творчества, трактуемого в 
русской культуре как способ спасения и нравственного служения, анализируются 
художественная и религиозная традиции русской культуры, реконструируется 
образ России и Европы, репрезентируемый в национальном самосознании.

Издание 
адресовано 
исследователям, 
студентам 
и 
аспирантам, 
специализирующимся в области истории русской мысли, философии культуры, 
философской антропологии, эстетики, а также широкому кругу читателей, 
проявляющих интерес к проблемам философии русской культуры, истории и 
искусства.

УДК 130.2 

ББК 87.1+71.1

ISBN 978-5-906709-88-2
© Жукова О. А., 2017

УДК 130.2
ББК 87.1+71.1
Ж 85

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение. Философский дискурс о русской культуре. . . . . . . . . . . . . . . 5

Раздел I. ЧЕЛОВЕК РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ. ОПЫТ 
ФИЛОСОФСКО-КУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКОЙ РЕКОНСТРУКЦИИ

Часть 1. Христианский универсализм русской культуры 
и искусства: типология культуры как типология личности. 23
Глава 1. Древняя Русь: культура Слова и Образа. . . . . . . . . . . . . . . . 23
Глава 2. Онтологическая эстетика и художественная 
практика древнерусской культуры . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 46
Глава 3. Нравственный порядок человеческого бытия: 
христианский этос русской литературы . . . . . . . . . . . . . . . 65
Глава 4. Эстетические идеалы русской культуры 
в творческом опыте композиторов . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 131
Глава 5. Человек, природа и культура: философия 
пейзажного образа в русском искусстве. . . . . . . . . . . . . . . 181

Часть 2. Метаморфозы культурной традиции: от постклассики 
к постнеклассике . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 208
Глава 1. На изломе традиции: проблемы типологии 
художественного самосознания . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 208
Глава 2. Арт-миф и социальная утопия русского авангарда. . . . . 229
Глава 3. Открытие современности: художественная 
философия неклассической культуры . . . . . . . . . . . . . . . . 251
Глава 4. Бытие в культуре: искусство как способ жизни . . . . . . . . 266
Глава 5. Ночные интуиции русской литературы и искусства: 
историческая динамика культуры . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 281

Раздел II. РУССКАЯ КУЛЬТУРА: ФИЛОСОФСКАЯ 
ОПТИКА ИСТОРИЧЕСКИХ ТРАНСФОРМАЦИЙ

Часть 1. Россия в европейской перспективе: ценностные 
основания культуры и политики . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 301
Глава 1. Культурный код России: опыт философии истории 
Н. М. Карамзина . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 301
Глава 2. Философия русского европеизма: национальная 
культура и ценности модерна в творческом опыте 
Н. В. Станкевича . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 338

Оглавление

Глава 3. Христианские основы общественной жизни: 
культурно-политический идеал И. С. Аксакова. . . . . . . . 372
Глава 4. Неославянофильство и неозападничество: 
спор о русской и германской культуре . . . . . . . . . . . . . . . . 396
Глава 5. Дискурс о русской власти: 
нравственное измерение политического. . . . . . . . . . . . . . 415
Глава 6. Россия и свобода: философия культуры и истории 
Г. П. Федотова . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 439
Глава 7. Русская культура в европейском контексте: 
философия культурного универсализма В. В. Вейдле . . . 465

Часть 2. Метафизика и аналитика русской культуры и истории . . . 484
Глава 1. Концепт культуры и творчества в русской 
религиозно-философской мысли . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 484
Глава 2. Свобода и бессмертие: христианская логика 
исторического процесса С. Н. Трубецкого. . . . . . . . . . . . . 507
Глава 3. Русская культура и интеллектуальная традиция 
Европы: философия логизма В. Ф. Эрна . . . . . . . . . . . . . . 525
Глава 4. Смысл и бессмыслица эпохи: метафизика 
революции Е. Н. Трубецкого. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 558
Глава 5. Духовный смысл творчества: эсхатологическая 
метафизика Н. А. Бердяева . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 571
Глава 6. Идея России: метафизическая культурсоциология 
Ф. А. Степуна . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 589

Вместо заключения. Модус России. Русская культура 
во времени и вечности . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 601

Именной указатель. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 609

Сведения об авторе. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 621

Введение. ФИЛОСОФСКИЙ ДИСКУРС 
О РУССКОЙ КУЛЬТУРЕ

Современная российская философия не представляет собой 
единого интеллектуального поля. Ее тематические контуры 
и методологические подходы продолжают изменяться после 
отказа от политико-идеологического доминирования «диамата» и «истмата» в социо-гуманитарном знании. Отчетливее 
всего этот процесс виден в социальной и политической философии, философии культуры и религии, философской антропологии, эстетике. Ценностно-ориентированные области 
философского знания, которые были наиболее подвержены 
доктринизации и идеологической цензуре, сегодня находятся 
в стадии активной трансформации теоретических оснований, 
тезауруса и методологического инструментария. Они демонстрируют запрос на тематическое обновление и пересмотр 
концептуального ядра теорий — на смену эпистемологической 
парадигмы.
В этом процессе формирования новых российских философских школ и направлений просматривается значимая тенденция 
«перезапуска» социально-исторической эпистемы. Она характеризует процесс встраивания российской философии, с ее сложившимися подходами и проблемными полями исследований, 
в контекст западной интеллектуальной культуры. В области 
философско-исторических и философско-антропологических 
исследований данную тенденцию можно было бы обозначить 
как процесс культурологизации философского знания, обогащения его концептами культуры, личности и творчества, что 
отвечает общей для современной российской философии задаче 
концептуальной и методологической перезагрузки.

Введение. Философский дискурс о русской культуре

В случае с исследованиями, посвященными истории русской 
мысли и философии русской культуры, возникают дополнительные трудности, преодоление которых определяет направленность и тональность многих работ. Это и разрыв в русской 
традиции философствования, ставший трагическим следствием 
революции 1917 года, когда философская элита страны оказалась за пределами исторической родины, и идеологическое 
выхолащивание свободной критической мысли в марксистский 
период советской философии. Для характеристики текущего 
состояния исследований в области русской мысли во внимание 
также должны быть приняты столь необходимые усилия по 
восстановлению преемственности в развитии линии русской 
философии и возвращению огромного корпуса трудов отечественных мыслителей. Отрадно отметить, что издательская 
и комментаторская работа над отечественным философским 
наследием, надолго выведенным из научного и культурного 
оборота, продолжается. Все это составляет отдельный сюжет, 
добавляющий определенные смыслы исследованиям в предметной области истории русской мысли и философии русской 
культуры.
Специально стоит упомянуть о двух идейно связанных между 
собою сериях коллективных трудов «Философия России второй 
половины ХX века» и «Философия России первой половины 
ХX века», внесших серьезный вклад в изучение истории отечественной философии в последнее десятилетие 1. Характерно, что 
серия «Философия России первой половины ХX века» возникла 
уже как продолжение исследований о творчестве советскихроссийских философов второй половины ХX века, т. е. в логике 
исторической ретроспекции — от недавней современности 
к прошлому, к философской классике. Разобраться с наследием 
русской мысли, создать, своего рода, историко-философский 

1 Совместно с В. К. Кантором мне довелось принять участие в работе над 
серией в качестве редактора-составителя тома, посвященного П. Б. Струве. 
См.: Петр Бернгардович Струве / Под ред. О. А. Жуковой и В. К. Кантора 
(Философия России первой половины ХХ в.). М.: РОССПЭН, 2012. 327 с. : ил.

Введение. Философский дискурс о русской культуре

канон имен и концепций оказалось задачей крайне трудной. 
Благодаря этим сериям философский ландшафт российских 
исследований по русской мысли значительно обогатился. В то же 
время, во многом эта беспрецедентная по замыслу масштабная 
работа авторских коллективов стала катализатором ситуации, 
обозначившей ситуацию острой борьбы за русское наследство — 
борьбы, которая возникает в публичном пространстве, далеко 
не свободном от идеологических страстей и политической конъюнктуры. Маркером этой ситуации может служить дискуссия 
в журнале «Вопросы философии», возникшая по поводу статьи 
«о мифах и истинах» в русской философии С. Н. Корсакова 1, 
оппонентами которого выступили известные российские авторы — В. А. Бажанов, А. А. Ермичев, А. П. Козырев, В. Ф. Филатов, 
С. С. Хоружий.
Помимо указанных выше проблем в освоении и трансляции русской философской традиции, возникающих сегодня 
и инспирированных событиями политической истории России 
в ХX веке, существенным вопросом в самоопределении русской 
мысли является нерешенный вопрос ее статуса в многосложной цельности европейской традиции философии. Это ставит 
и другой вопрос, который был эксплицирован участниками дискуссии в «Вопросах философии», — о специфике отечественной 
философии, о том, что можно понимать под концептами «русская философия», «философия русской культуры», «философия 
русской истории», так же, как и вопрос о самой возможности 
существования и развития «русского проекта» философствования 
в современной интеллектуальной культуре.
На самом деле данную проблематику нельзя назвать принципиально новой. Она восходит к проблеме определения 
исторического феномена русской культуры, ее архитектоники 2, 
особенностей ее культурных практик, что ярко свидетельствует 

1 Корсаков С. Н. Мифы и истины в истории русской философии // Вопросы 
философии. 2015. № 5. С. 69–85.
2 См.: Кондаков И. В. Архитектоника русской культуры // Общественные 
науки и современность. 1999. № 1. С. 159–172.

Введение. Философский дискурс о русской культуре

о продолжении дискуссий, которые сопровождают отечественную мысль на различных этапах ее существования, — о борьбе 
идеологических дискурсов. Со всей отчетливостью эти вопросы 
были поставлены философами Серебряного века, которые произвели процедуру критического переосмысления и рецепции 
предшествующего исторического опыта русской культуры, ее 
духовно-художественного и интеллектуального наследия. Свою 
родословную они возводили к Ф. М. Достоевскому и Вл. С. Соловьеву. Выступая продолжателями духовных поисков мыслителей 
XIX века, русские авторы религиозно-философского ренессанса 
наследовали интеллектуальный багаж оригинальных идей своих метафизически обеспокоенных учителей, сделав огромный 
вклад в развитие метафизики, гносеологии, этики, эстетики, 
общественной мысли. В начале нового столетья философы 
и публицисты продолжили идейную борьбу вокруг вопроса 
о специфике исторического бытия России, совершенного ей 
цивилизационного выбора, о путях ее политического развития 
и социального устройства, о духовных основаниях русской культуры и особенностях творческого опыта человека русской культуры, начатую предшественниками и поляризованную в споре 
«западников» и «почвенников». Чтобы подчеркнуть важность 
этой линии русской мысли, в которой усиливается онтологическая проблематика христианского учения и получает активное 
развитие религиозная топика философии культуры и истории, 
сошлемся на историографа русской философии Н. О. Лосского. 
«Чтобы оценить значительность этого движения, — пишет Лосский, — достаточно указать на следующие имена: Вл. Соловьев, 
кн. С. Н. Трубецкой, кн. Е. Н. Трубецкой, о. П. Флоренский, 
о. С. Булгаков, Н. Бердяев, Мережковский, Франк, Карсавин, 
Вышеславцев, Арсеньев, о. В. Зеньковский, КобылинскийЭллис» 1. К этой плеяде относится и творчество самого Лосского, 
сторонника интуитивизма, автора философской концепции 
идеал-реализма в духе общих положений русского онтологизма.

1 Лосский Н. О. Бог и мировое зло. М.: Республика, 1994. С. 211–212.

Введение. Философский дискурс о русской культуре

Определяющим для дискурса о русской культуре в работах 
философов, чувствительных к метафизической проблематике, 
стала отмечаемая ими смысловая взаимосвязь религиозного, 
художественного и социально-политического опыта в культурной истории России. Представители религиозно-философского 
ренессанса в своей рецепции русской культуры выступили 
сторонниками соловьевского идеала синтеза религиозного 
и философского мировоззрения, и, указывая на характерный 
недискурсивный характер «русской мудрости» (С. Л. Франк), 
настаивали на имманентности христианской этической и эстетической проблематики содержанию русской литературы и искусства в ее древнерусской православной и классической секулярной версии культуры. В таком измерении поэт и философ, 
художник и композитор обретали черты мыслителя, мудреца, 
пророка и проповедника, свидетельствующего об Истине, Добре и Красоте — о Совершенном. Достоевский, по выражению 
Бердяева, был детоводителем ко Христу, Пушкин, согласно 
Франку, воплощал идеал познания — «умудренного неведения».
Творческая философия Пушкина, который для русских мыслителей оставался средоточием русской культуры, как таковой, 
воплощением ее онтологической и эстетической сущности, содержала интуицию единства Бога, природы, культуры и человека в высших прозрениях поэтического гения. Истинно русский 
духовный склад Пушкина как художника-творца и мудреца 
проявлялся, по Франку, в трех основных тенеденциях. Таковы 
«склонность к трагическому жизнеощущению, религиозное 
восприятие красоты и художественного творчества и стремление к тайной, скрытой от людей духовной умудренности» 1. 
В терминологии Франка, этот способ синтеза непосредственной 
интуиции бытия в формах культурного опосредствования — поэтического творчества — открывал путь живого знания. Саму 
эту возможность постижения тайны жизни, ее верховного смысла, по мнению мыслителей, давала русская культура, ее религи
1 Франк С. Л. Религиозность Пушкина // Путь. Париж, 1933. № 40. С. 22.

Введение. Философский дискурс о русской культуре

озный дух и национальные святыни. Поэтому художественные 
феномены и творческие прецеденты в истории культуры встраиваются религиозно ориентированными авторами в систему 
онтологии культуры и творчества, метафизики истории и христианской антропологии. Иными словами, русская культура 
становится мощным элементом «теоретического осмысления 
мировоззренческого онтологизма» 1.
Опыт философского постижения культуры, проделанный 
мыслителями, принадлежащими к интеллектуальной культуре 
Серебряного века, содержит в себе еще одно открытие, которое 
и сегодня не потеряло своей эвристической ценности. Обозначенные ими религиозно-философские подходы к осмыслению 
феноменов культуры и истории вполне могут вписаться в современный тренд конструирования новых концептуальных 
моделей философского знания в области метафизики, онтогносеологической теории, обновления топики и методологии 
культурфилософских и историсофских исследований. При 
этом методологические трудности в такого рода философских 
штудиях не могут быть до конца устранены. В этом контексте 
заметим, что религиозная метафизика культуры и истории как 
предмет одновременно философский и богословский не имеет 
завершенного вида и находится, скорее, на стадии формирования эпистемологической парадигмы, выработки концептуальных оснований и философского тезауруса. Данная проблема 
активно обсуждается в последнее десятилетие, как российскими, так и западными интеллектуалами. В частности, она была 
многосторонне рассмотрена на международной конференции, 
посвященной поиску универсальных оснований научных и богословских эпистемологических парадигм 2. Особое внимание 
было уделено проблемам «связи и различии эпистемологиче
1 Ермичев А. А. С. Л. Франк — философ русского мировоззрения // СеменЛюдвигович Франк / под ред. В. Н. Поруса. М.: РОССПЭН, 2012. С. 95.
2 Научные и богословские эпистемологические парадигмы: историческая 
динамика и универсальные основания / Под ред. В. Н. Поруса. М.: Библейскобогословский институт св. апостола Андрея, 2009.

Введение. Философский дискурс о русской культуре

ских парадигм богословия и науки» (К. Уорд), «обособлении 
и взаимопроникновении дискурсов» (В. Розин), специфике двух 
способов «выражения сущности форм человеческой духовности» 
(В. Порус), «категории достоверности в научном и богословском 
дискурсах» (В. Даренский) 1.
Очевидно, что допуск религиозно-метафизической составляющей в описание и интерпретацию историко-культурного 
процесса органичен для конфессионально ориентированных 
исследований. Примером здесь могут служить труды по философии культуры и истории Р. Барта, Ж. Маритена, К. Ранера, 
П. Тиллиха, Э. Трёльча, ставшие классикой ХX века. Религиозный дискурс о культуре продолжают также современные 
европейские исследователи. Так, тематизацию отечественной 
культурфилософии и историсофии о. Томаш Шпидлик связывает с традицией русской мысли, пронизанной православными 
интуициями. Автор посвящает несколько глав своей книги 
о русской идее религиозной метафизике культуры и истории, 
обращаясь к анализу концепций В. С. Соловьева, Н. А. Бердяева, 
С. Н. Булгакова, Е. Н. Трубецкого и других религиозно ориентированных мыслителей 2.
Однако метафизическая проблематика культуры и истории 
при всей фундированности европейской и русской традиции 
не является центральным направлением современных философских исследований. В то же время, можно увидеть, что идет 
большая авторская работа по поиску новых жанров философского 
дискурса, которая отвечает характеру работы и творческим задачам, поставленными прежде русскими мыслителями. Работая 
с материалом художественной, религиозной и политической 
культуры России, с творческими и историческими прецедентами русской жизни, они показали, что философские смыслы 
могут быть обнаружены и репрезентированы не только в академических трактатах и системных трудах, но в художествен
1 Там же. С. 5–7.
2 Шпидлик, Томаш. Русская идея: иное видение человека. СПб.: «Издательство Олега Абышко», 2006. С. 182–183.

Введение. Философский дискурс о русской культуре

ных произведениях, оригинальной эссеистике, философской 
публицистике, мемуаристике, насыщенной историсофской 
проблематикой и культурфилософскими сюжетами. Вслед за 
русскими философами обращение к многообразным формам духовных, художественных, интеллектуальных практик в качестве 
предмета культурфилософской рефлексии позволяет репрезентировать содержание русской культуры непосредственно через 
интеллектуальный опыт философов, писателей, художников, 
композиторов, и что особенно важно, реконструировать условия и характер зарождения философской или художественной 
идеи. В нашем случае техника культурфилософской наррации 
в некоторых рассматриваемых сюжетах будет принимать вид 
рассказа о том, что и как становится событием жизни человека 
и затем находит отражение в творчестве в виде мысли, идеи, 
образа, становясь уже событием культуры.
Данный подход к истории культуры как к культурному преданию, к культурному мифу, создаваемому личностью, с нашей 
точки зрения, позволяет осуществить философскую рефлексию 
и тематизировать философскую проблематику, извлекаемую 
из событий жизни и сублимируемых в тексты — произведения 
культуры. Индивидуализация и философская персонификация культурной истории, которая происходит в подобных 
типах исследования, опирается на устоявшуюся философскую 
традицию. Ее яркий представитель Эрнст Трёльч признает за 
личностью великий культуротворческий потенциал, способный изменять ментальное поле культуры, наращивать новые 
смыслы и через индивидуальный вектор жизнетворчества выстраивать интеллектуальное пространство культуры и истории. 
«Эта оригинальность личности обладает такой силой преобразующего и определяющего влияния на целое, которая не есть 
просто нечто данное и воспринимается нами прежде всего в ее 
поражающей и не поддающейся предвидению продуктивности», — формулирует Трёльч 1. Творческий элемент в культу
1 Трёльч Э. Историзм и его проблемы. М.: Юрист, 1994. С. 43.

Доступ онлайн
345 ₽
В корзину