Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

В. Гарвей. Его жизнь и научная деятельность : Биографический очерк

Бесплатно
Основная коллекция
Артикул: 624738.01.99
Энгельгардт, М. А. Энгельгрдт М.А. В. Гарвей. Его жизнь и научная деятельность : Биографический очерк [Электронный ресурс]. - С-Петербург, 1892. - 80 с. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.com/catalog/product/357948 (дата обращения: 23.05.2024)
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов. Для полноценной работы с документом, пожалуйста, перейдите в ридер.



Гарвей.

    ЖИЗНЬ ЗАМЬЧАТЕЛЬНЫГЬ ЛЮДЕЙ

     БЮТРАФПЧЕСКАЯ БИБЛИОТЕКА Ф. ПАВЛЕНКОВА . ______




                В. ГАРВЕЙ




    ЕГО ЖИЗНЬ И НАУЧНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ


БЮГРл*ИЧ ЕСК1Й ОЯ£РК*Ь
М. А, Энгельгрдта



      С1> портретолъ Гарвел, гравпроваани.чъ въ ЛеЙвциг’Ь Геданолг



цъва 25 коп.


С.-ПЕТЕРБУРГЕ
    Тип, Высочайше утв. Товар. „Общ. Польза", Б. Подъяч. 39
1892

    ОГЛАВЛЕНИЕ.


Cip.
 I.   Жизнь Гарвея до выхода въ свЬтъ книги о кро-вообращенш........................................ 4
II. Предшественники Гарвея....................... 22
III. Открытие кро во обращен! я.................. 37
IV.  Противники Гарвея........................... 52
 Г. Пос.тДщле годы жизни Гарвея...................64
VI. Характеръ и образъ жизни Гарвея.............. 78

*

При составлении этой б!ограФ1и мы пользовались следующими источниками:

1)  Willis. William Harvey. London, 1878.—
2)  Aikin. Notice sur Harvey (trad, par Millin; «Magazin encyclopedique», 1795).—
3)  Фигье. Светила науки, т. III.—
4)  Hoefer. Harvey (« Nou veil e biographic generale»').—
5j Fournier. Harvey («Biographie universelle).—
6)  Huschke. Harvey («Allgemeinc Encyclopedie» Ersch Gruber).—
7)  Flourens. Histoire de la decouverte de la circulation du sang, Paris. 1854.—
8)  Laboulbene. Harvey et la circulation du sang, к B ev. Seient.» 1887,, 2-me sem. ¥22.—
9)  Daremberg. Histoire des sciences medicales, ls70 —
10)  De [Mainville. Histoire des sciences de 1’organisation, vol. IL—
11)  Serres. Precis d'anatomie transcendante. 1842. Vol. I.—
12)  Узвель. Истор1я индуктивныхъ наукъ. т. III.—
13)  Gulielmi Harveii Angli Opera. Lugduni Batavorum apud lohannem von Kerchem, 1737.—

I.
Жизнь Гарвея до выхода в-ъ ев-Ьтъ книги о кровообращении.
Родители Гарвея.—Его посппташе.—На дуа нс к! й университета.— ■Фабрицш.—Возвращен Гарвея на родину,— Женитьба. — Успехи Гарвея.—Состоян1е медицины въ его время,—Мысли Гарвея о патологической анатомии — Уничтожеюе его рукописей.—Гарвей — придворный врачъ,—Его отношения къ Карлу I. — Политические взгляды.—Зйняпя.
    Вильялъ Гарвей родился 1-го Апреля 1578 года въ го-родк-Ь ФолькстонФ на берегу Ламанша, въ графств! Кентъ.
    Отецъ его. Толасъ Гарвей, кентскгй йоменъ, занимался торговлей и нажилъ значительное состояше.
    Нйкакихъ свФдФнп! о его умф, характер!. образовали не сохранилось, но безъ солаФшя онъ былъ челов!къ смышленый и энергический, такъ какъ съу.1гЬлъ воспитать и поставить на ноги вс!хъ своихъ дфтей,—выводокъ въ десять душъ: три девочки и семеро мальчике въ.
    Онъ былъ женатъ дважды, но отъ первой жены прижилъ только одну дочь: вс! остальные дфти родились отъ второй, Джоанны Гальке, женщины, севшей многими добродетелями, если полагаться на ея эпитафш, которая гласить следующее:
     1605 года 8 Ноября скончалась на 50-мъ году жизни Джоанна, жена Томаса Гарвея, мать семерыхь сыновей и двухъ дочерей.

(3

ЖИЗНЬ ЗАМЪЧЛТЕЛЬНЫХЪ ЛЮДЕЙ.

      Женщина богобоязненная. Скромная любящая супруга. Снисходительная уживчивая соседка. Кроткая почтенная мать семейства.
      У сер дна я, рачительная хозяйка. Нужная, заботливая мать Любезная супругу, почитаемая дЪтьмп, Любимая соседями, избранница Господа.
      Душа ея пребывавтъ въ раю, т'Ьло въ мой моги.тк Для вея-счастливое npio6pf.Te.Hie, для ея близкпхъ— горькая утрата.
    Вотъ все, что мы знаемъ о матери знаменитаго физёолога. Эпитафии—ненадежный источникъ; но, им-Ья въ виду, что пзъ всёхъ дГтей Джоанны вышли порядочные и дельные люди, соединенные притомъ узами т^сн^йшей дружбы, которая не порывалась между ними всю жизнь,—мы можемъ предположить, что они воспитывались въ хорошей школё, имЗея передъ глазами хорошей дрим'Ёръ и что.выше приведенная эпитафия не преуве-личиваетъ семейныхъ добродетелей ихъ матери.
    Вильямъ былъ старшей изъ сыновей. До десяти ле&тъ онъ воспитывался дома; зат^мъ ноступилъ въ Кантерберёйскую гимназёю, гдё его начиняли латынью. Въ то время клас-сицизмъ только что утвердился въ Европ-6 и царилъ невозбранно; да оно и понятно: европейская образованность едва начинала становиться на. свои ноги (подъ влёянёемь т4хъ же классиковъ) и къ какой бы области знанёй ни обратился начинающей ученый,—нигде ему нельзя было миновать древнихъ писателей, какъ главнаго источника и пособёя. Впро-чемъ тогдашней классицизмъ существенно отличался отъ ны-н’Ьшняго: въ то время древнёе писатели являлись источннкомъ знанёй, образцомъ и примеромъ подражанёя, руководствомъ и пособёемъ; они давали и запасъ свёдёшй и методъ дальн-Ёйшаго лзс.тЬдован1я; теперь эта сторона ихъ значенёя утратилась; они

В. ГАРВЕЙ.                      7

сохранили только исторический интересъ; современный медикъ не станетъ учиться по Галену, поэту незач^мъ искать образца въ Виргнл)и и т. д. Изменились требования, предъявляемый къ древнимъ,—изменилось и отношение къ нимъ: въ XVI вГк'Ь интересовались преимущественно ихъ содержатель, но, пом%рЪ того какъ они утрачивали значение наставниковъ и учителей, центръ тяжести перемещался, содержите отступало на задней планъ, первое л%сто завяль синтаксисъ—упражнение памяти, гимнастика ума—пока наконецъ за деревьями не стало видно лГса, за аористами и супинами исчезли сами авторы...
    Въ гимназн! Гарвей оставался пять л1>тъ, апо выхода изъ нея поступилъ—на шестнадцатомъ году—въ Кэмбриджъ, гд! пробылъ три или четыре года, изучая классмковъ, диалектику и медицину. Въ 1597 году онъ полумиль степень баккалавра и оставилъ университетъ.
    Когда и водь какимъ вл!ятемъ проявилась у него любовь къ наук!;, въ чемъ обнаружилась его любознательность, почему онъ заинтересовался медициной—ничего этого мы не знаемъ. Отецъ его, какъ уже сказано, занимался торговлей, братья вошли по той же дорожк^ и поделались купцами—«не тощими и скаредными, но именитыми и богатыми», по выражению одного изъ бйцрафовъ Гарвея; только Вильялъ заинтересовался наукой и предпочелъ манию «doctoris illustrissimi» сокровищамъ Леванта и Константинополя, съ которыми вели торговлю его братья.
    Въ Кэмбридж’Ь онъ не могъ получить основательной подготовки: тутъ процветали богословге, схоластика, логика; медицина же находилась въ жалкомъ состояв in—какъ и вообще въ Англш, где до Гарвея, можно сказать, вовсе не существовало анатомй и физшлопи. Тотъ, кто интересовался этими науками, долженъ былъ завершить свое образование на континент!;.

s

ЖИЗНЬ ЗАМЪЧАТЕЛЬНЫХЪ ЛЮДЕЙ.

    Въ ХП сто.ткпи медицина и анатомия процветали во Францы и Пталш. Эти страны были соперницами.но елавк Фрая-цузск1е аыатомы, хирурги, врачи гремФли на весь м1ръ, имена Фернеля, Ршана произносились съ благоговенк.чъ; универси-тетъ въ Монпелье считался едва ли не высшей медицинской школой въ СВ'ЬТЪ.
    Въ Пталш славился Падуанскш университетъ. гд! и рейс давали ведшие основатели современной анатомш—Везалш, Фал-лоп1й, Коломбо, Фабрищй.
    Но между этими двумя странами существовало огромное разлпч!е. Французсшя школы были гнфздомъ рутины и рабг<-j'bnis передъ авторитетолъ древнихъ, итальянсюя—очагомъ и источникомъ научныхъ ересей и новшествъ. Въ Пталш совершилось Возрп;кден1е Наукъ; итальянсше анатомы поколебали авторитетъ Галена и создали новую аиатотпю: почти всЬ великое ученые XVf вТка были итальянцы, или по крайней л'Ьрф учились въ Пталш (Копернпкъ). работали въ Пталш (Везалий) въПталю стремился всякш. кого не удовлетворяла наука кол-ментаторовъ.
    Гарвей—какъ показала его дальнейшая деятельность,— былъ не изъ т-Ьхъ ученыхъ. которые могли удовлетвориться штудировашемъ древнихъ. Онъ иосФтилъ Фраицш, побывалъвъ Германю, отсюда нро^халъ въ Птално и постушглъ въ Падуаи ск!й университетъ.
    Тутъ пробыть онъ четыре года.
    Во времена Гарвея Падуанский университетъ достойно поддерживать свою славу. Тутъ преподавали: Kaccepiycb, знаменитый въ свое время хирургъ и анатомъ; Мияадеусъ, блестящШ .лекторъ, впослФдсттли забытый, и—главное светило университета—одинъ изъ реформаторовъ анатомш, Фабриции, обеземер-

В. ГАРВЕЙ.

9

тивийй свое иля трактатомъ о венныхъ заслоночкахъ и изся!;-доваюями надъ развнпемъ яйца.
    Фабрищй имФлъ значительное влЗянле на своего ученика. Онъ такъ сказать указалъ ему телы для изслФдоватй. Въ са-мояъ д'ЬлФ работы Гарвея—въ особенности его эмбрюлогичешя изсл'Ьдоваэ1я—являются еетественнымъ продолжен) емъ работъ Фабрищя.
    Не нужно однако преувеличивать этого вл)ян!я. Нтальянсше анатомы открывали новые факты, указывали ошибки древнилъ, но не могли освободиться отъ иль воззр!>Н1Й.- Они создали описательную анатозпю. ноГаленовская физшопя сохраняла господство даже въ итальянскпдъ школагь, и Гарвей, сдавая ее въ архивъ, явился совершенно оригинальнымъ новаторомъ.
    Въ 1602 году онъ разстался съПадуанскпмъуниверснтетоиъ, нолучивъ степень доктора медицины и позволеше лечить и преподавать во всФхъ странахъ и учебныкъ заведешяхъ. Съ эгимъ дипломомъ онъ вернулся въ Англпо, съ-йздилъ въ Кэмбрицжъ, иолучилъ и тамъ степень доктора, и, оказавъ такимъ образомъ почтете своей alma mater, отправился въ Лондонъ, женился на дочери доктора Ланцелота Броуна, и началъ практиковать.
    Немного свФдФнШ сохранилось о его жшгй: мы знаеиъ только, что у нея былъ очень забавный попугай, пользовавппйся боль-шимъ расположешемъ обопдъ супруговъ, и что она умерла раньше мужа, а когда именно-неязв'&стно. ДФтей у нихъ не было Въ евоемъ зав'Ьщаши Гарвей сънежностью уноминаетъ о «милой любящей покойной жен!;», изъ чего позволительно заключать, что жили они согласно. Прптомъ же раздоры и несогла-С1Я в!>рно были бы замечены и отмечены друзьями и недругами Гарвея: «худая слава Обжить», какъ говорится, и достоинства Ксантиппы легко щпобр'Ьтаютъ известность, тогда какъ

ЖИЗНЬ ЗАМЪЧАТЕЛЬПЫХЪ ЛЮДЕЙ.

«коротая лежитъ» — характеръ скромный, смирный и тих5й проходить незамФченнымъ.
    Начавши практику около 1604 года Гарвеи подвигался впередъ довольно успешно. Сначала онъ по всей вероятности практиковать безвозмездно среди 64 дпаго населения. npioSptTas аавыкъ и опытность. Въ 1607 году лондонская коллепя врачей избрала его членомъ; въ 1609 г. онъ полумиль Micro доктора при госпитале св. Вареоломея. Добиваясь этого места, онъ лредставилъ удостоверение въ своей компетентности отъ доктора Аткинсона, президента коллепи врачей, и рекомендательное письмо отъ самого короля. Просьба его была уважена и онъ былъ назяаченъ сначала кандидатомъ, потомъ исправ-ляющимъ должность врача и наконецъ, 14 октября 1609 года, врачомъ.
    Изъ вышесказанная. видно, что Гарвей пользовался ио-кровительствомъ важныхъ лицъ. Въ то время меценаты л милостивцы играли гораздо большую роль, ч4мъ пын4: либеральны» профессии давали мало дохода, государство не содержало такой массы учевыхъ учреждений какъ въ наше время; публика, главный современный милостивецъ, была еще очень малочисленна. Литераторы, художники, ученые должны были прибегать къ покровительству сильныхъ Mipa или искать постороння го заработка. Такъ Спиноза, до бы вал ъ хл4бъ шлифовкой стоколъ, Коперникъ былъ священникомъ; но большинство группировалось около знатныхъ патроновъ,и лользовалосьихъ щедротами, властью и значешемъ. Конечно тутъ были всевозможный степени покровительства: отъ чистаго паразитизма, которымъ, къ сожал4н1ю, не брезгали иной разъ и даровитые люди, до бол4е блатородныхъ отношетй, основанныхъ на взаимном, уважении и дружбе.

В. ГАРВЕЙ.

11

    Гарвей если и пользовался покровительством, знатныхщ лицъ, то лишь ва благородной ног!. Въ числе его нашей-■говъ и покровителей были лордъ канцлеръ Бэконъ, знаменитый философъ, и Толасъ Говардъ графъ Арондэль, лицо вовсе не знаменитое въ исторш человеческой культуры, но съ длиннейшей родословной, огромными поместьями н болыпимъ вФсоль въ обществ!.
    Въ должности врача при госпитале св. Вареололея Гарвей безъ сомн!н1я имФль много случасвъ обратить на себя внимание, какъ на искусная врача, и слава его быстро возростала; вскор! онъ ирибрФлъ большую практику.
    Среди своихъ собраттй-докторовъ онъ однако не пользовался особенно высокой репуташей. Его совреченникъ, Джонъ Обрей, разсказываетъ, что «хотя вс! его коллеги соглашались, что онъ превосходный анатомъ, но я никогда не слыхалъ, чтобы кто-нибудь одобрялъ его, какъ терапевта. Я зналъ многихъ врачей въ этомъ город!, которые не дали бы трехъ пенсовъ за его рецептъ и говорили, что изъ его лредписаюй нельзя понять, чего онъ добивается».
    Тутъ впрочемъ н!тъ ничего удивительная. Научной медицины въ то время еще и въ ломив! не было. Хирурпя играла самую подчиненную роль. Въ тераши господствовалъ грубейшей этширизмъ или апрйрныя сшастичесшя доктрины. Вместо научной индукщи, опирающейся на данный опыта и наблю-ден!я, медики пробавлялись разсуждешями, исходя изъ прин-ципсвъ, созданныхъ воображешемъ и не имГвшихъ никакого отношения къ действительности. Вместо того, чтобы изучать организмъ человФчесшй, фантаз!я врачей создала «ликро-космъ», одушевленный «археемъ», населенный «духами» и такъ же мало походивши! на действительный организмъ, какъ